– Запомните, – вернувшийся Гаврила продолжал свой инструктаж, – Это Илья Александрович Романов, заместитель гендиректора. Очень важный человек, выше него только Антон Львович, но у него мерседес S-класса. Это самые главные люди в Фирме, и больше всего они не любят хамства, поэтому повежливее с ними. Так, про что я там вам говорил? Да, про обход! Пойдем, покажу, что да как, затем уже подпишем контракт.
Выйдя из сторожки, они отправились в лабиринт подземной парковки.
– Итак, смотрите, первое правило: с двадцати одного до семи утра вы находитесь в постовом помещении и ни под каким предлогом не имеете права его покидать. Туалетная комната там есть, а курить можете перед мониторами, но не увлекайтесь. Спать, кстати, тоже не советую! Если что случится на улице или заметите в мониторе что-то неладное, то тут же звоните мне.
– А если вдруг станет плохо или надо будет срочно выйти…
– Я же сказал, ни в коем случае не покидать сторожки, – тон Гаврилы вдруг стал каким-то агрессивным, – это все прописано в контракте! Единственное исключение – это обход в полночь. Собственно, сейчас я вам его и показываю. Смотрите, вы проходите по парковке, проверяете, чтобы нигде не было протечек, затем идете к той стене… и с парковкой все.
– А сюда не надо? – Петр обратил внимание на коридор, уходивший куда-то далеко в недра здания.
– Нет, сюда заходить строго запрещено, – отрезал начальник тоном, не терпящим возражений.
Затем они поднялись в офисные помещения, где, кроме пустующих столов с компьютерами и пары бледных клерков, Петр больше ничего не увидел. Закончилось все, где и начиналось ― в главном помещении охраны. Гаврила открыл ящик и достал оттуда пожелтевшие от времени листы.
– Что ж, пришло время нам подписать кое-какие бумаги, – Начальник охраны вдруг почему-то начал заметно волноваться, – и послезавтра мы ждем вас на первую смену.
– У меня будет наставник или стажер? Как-то волнуюсь немного.
– Вы заступайте один, но ни о чем не волнуйтесь, я всегда буду на связи. Подписывайте бумаги! – В последней фразе послышались нотки нетерпения.
– Это трудовой договор? Я как понял, у вас тут все официально. – Петр начал листать страницы договора, но вся эта юридическая абракадабра воспринималась тяжеловато.
– Да, все верно, это трудовой договор на пять смен стажировки. Их вы ОБЯЗАНЫ отработать, затем вы вправе отказаться от продолжения контракта. Ах, да! По деньгам разницы нет, пятнадцать тысяч за сутки!
Тяжелое дыхание Гаврилы Семеновича вдруг дошло до уха Петра. И почему он так волнуется? И зачем начинает грызть ногти? Присмотревшись, Петр вдруг опять ощутил какое-то озарение, наподобие того, что посещало его во время разговора с Кокосом. На секунду ему показалось, что начальник охраны высунул язык и начал непрерывно быстро глотать воздух, дыхание начало переходить на какой-то рык, щеки опали вниз, а нос устремился куда-то вверх. Его вид теперь напоминал какого-то бульдога-оборотня.
– И еще: прямо сейчас вы получите десять тысяч рублей на дорожные расходы. – Не дожидаясь ответа Гаврила достал из-за пазухи бумажник и вытащил оттуда две оранжевые купюры.
Вид денег произвел на Петра какой-то магический эффект. Он, недолго думая, схватил ручку и поставил подписи туда, куда указал его будущий шеф. Затем договор исчез в ящике так же быстро, как и появился.
– Добро пожаловать в Фирму, Петр Алексеевич. Как я уже говорил, ждем вас послезавтра на первую смену.
Обратно Петр ехал в весьма окрыленном состоянии. Сейчас ему казалось, что все его проблемы разом решены, и уже через пару месяцев он увидит перед собой Наташу с виноватым выражением лица. Кстати! Надо бы ей позвонить, немного подразнить, так сказать.
На самом деле, это была не лучшая идея. Наташа все восприняла весьма скептически, а еще и напоследок ядовито добавив: «Что, небось опять в лохотрон залез, как тогда со ставками на договорные матчи? Сейчас снимем куш, вот увидишь… Как будто я не помню, чем все закончилось». А закончилось тогда все весьма грустно, Петр слил практически две зарплаты на результат, который не сработал.