— Я тебя нечисть не боюсь! Делай что угодно, а у меня есть свой путь. Ему я и следую, — спокойно отвечал Владимир Иванович, чем окончательно вывел из себя одержимого Аркадия Афанасьевича.
— Тебе конец говорящая обезьяна! Продукт неудачного эксперимента нефилимов, лови маслину брюхом! — зашипел зам министра и принялся стрелять во Владимира Ивановича из указательного пальца. Выстрелы были самые, что ни на есть настоящие и убедительные. С грохотом, пороховым дымом и огненными залпами. Однако пули почему-то долетая до профессора, теряли силу и падали тому под ноги. Аркадия Афанасьевича снова передёрнуло и скособенило, но уже от досады. Тогда метнул он молнию. Ловко метнут с грохотом неимоверным, ослепительную молнию и огромную в придачу. Настоящую молнию, в общем. Но и тут молния как по волшебству всеми своими дугами и разрядами обогнула профессора по разные стороны, не задев того и не причинив никакого ущерба. На удивление никто не вбегал на эти грохоты в кабинет. Складывалось впечатление, что их никто и не слышит. Тогда ещё больше рассвирепевший зам министра принялся визуально душить Владимира Ивановича на расстоянии. Вот это сработало! То есть по другую сторону стола он делал рукой похожие на удушение действия, а Владимир Иванович находясь в пяти метрах, почувствовал на своей шее холодные металлические пальцы с острыми как иглы когтями. Пальцы эти сомкнулись словно тески, перекрыв ход кислороду и крови. Из последних сил перед неизбежной потерей сознания Круговой еле-еле двигая рукой, ещё раз окрестил демона. Что-то неведомое, а скорее внутреннее «Я» подсказало профессору поступить именно так. В воздухе раздался оглушительный удар плетью! Тиски, сжимавшие горло моментально пропали. Кровь ударила в голову, а кислород в лёгкие. Нагнувшись и сделав несколько глубоких вздохов, Владимир Иванович потихоньку пришёл в себя. Первое что сделал, это посмотрел на противника. Аркадий Афанасьевич после удара невидимой плетью закашлялся, и вышел из-за стола в середину кабинета. Тут произошло опять невообразимое явление. На манер покадровой перемотки — «туда-сюда» с Аркадием Афанасьевичем произошли следующие метаморфозы. Появился он сперва в защитного цвета, грязном комбинезоне охотника. Тут же в долю секунды этот наряд преобразовался в деловой костюм при галстуке. Затем опять комбинезон и снова костюм. И так раза три-четыре на большой скорости, словно заезженная пластинка менял гардероб зам министра. Невидимый костюмер остановился всё же на костюме. Бледный Аркадий Афанасьевич растеряно осмотрелся вокруг. Далее осмотрел самого себя и посетителя. Было заметно, как потряхивает зам министра. Последним что сделал Аркадий Афанасьевич, посмотрел он как-то безрадостно на портрет президента. По аналогии с прошлым разом портрет этот ожил, ухмыльнулся и показал кулак с опущенным вниз большим пальцем. Показалось, что говорит этим жестом президент только одно: «Сливаем мы тебя Аркаша! А как ты хотел!».
После этого Аркадий Афанасьевич упал замертво и принялся синеть прямо на глазах изумлённого профессора. Прогнав пару, секундное оцепенение Круговой выскочил из кабинета и закричал:
— На помощь! Кто-нибудь, скорую вызовите! Человеку плохо!
Кричал Владимир Иванович что есть силы, а на деле получался какой-то шёпот. Однако его с лихвой хватило, дабы неимоверно взбудоражить преданную секретаршу Матильду. Матильда сорвалась пулей в кабинет зам министра, моментально оценила обстановку и уже не шёпотом, а громким серено подобным визгом повторила ранний призыв Кругового. Началась суматоха. Понабегли всяческие коллеги Аркадия Афанасьевича. Один особенно резвый даже попытался оказать первую медицинскую помощь. У него не вышло. Затем зайцем подобно Матильде ворвались дежурные врачи министерства и так же приступили к реанимации. А уж за ними, на удивление очень быстро в течение каких-то пяти-семи минут подоспела и самая что ни на есть настоящая бригада неотложной скорой помощи. Били током тело зам министра, вводили разные растворы, кололи даже прямо в сердце. Да вот только всё безрезультатно. Без десяти одиннадцать врачи после десяти минут безуспешной борьбы за жизнь зам министра констатировали смерть.