Поезд тем временем степенно шёл вперёд, навстречу родине. За окном почти стемнело, и появились полная луна и редкие звёзды. Неожиданно попутчица достала колоду карт из кармашка своей юбки.
— В дурака или буру, быть может, в какой-нибудь из видов покера? — предложила собеседница. — Только без интереса я не согласна. Мы не дети, на щелбаны играть.
— Да хоть во что…, уверен, что шансов у тебя очень мало. Готов даже фору дать, — смеясь, ответил Олег, и в самом деле не плохо игравший в карты почти с самого детства.
— Ловлю на слове! Предлагаю для начала, проигравший кричит в окно поезда: дёшево продаю задницу, возможна рассрочка! А затем громко кукарекает три раза. Ну как, согласен? Или нас покинула храбрость? — высказала Ирен.
— Хорошо! Лично мне бояться нечего. Забавно будет посмотреть на тебя кричащую в окно ту самую чушь, которую ты только что нагородила. Сдавай карты, — ответил Олег.
Перед сдачей выпили ещё по стаканчику каждый своего напитку. Затем Ирен ловко провертев в руках колоду, перетасовала её и раздала по шесть карт для игры в дурачка. Такими ручищами дрова бы колоть, а не фокусы с колодами показывать, снова подумалось Олегу. На удивление Олега он быстро продул. Толи карта не заходила, а толи опьянение дало о себе знать, но чертовка уверенно разгромила нашего героя.
— Кто-то лезет у нас на стол, — смеясь, шипела Ирен, — глубже, глубже высовывайся, да по громче кричи! Карточный долг дело святое!
Олегу ничего не оставалось, как высунуться в окно и прокричать нелепые слова, разбавив их звонким кукареканьем. Во время последнего кукареку рыжая бестия больно ущипнула наклонившегося Олега за правую ягодицу, от чего дёрнувшись, молодой человек смачно ударился головой о раму окна. Ирен хохотала и хлопала в ладоши.
— Да у тебя оказывается, тоже талант имеется! Пошли вместе в театральный, — издевалась соседка над проигравшим.
— Чистая случайность, — буркнул Олег, вырывая у попутчицы колоду карт. — Ты кажется про буру, заикалась? В какую предпочитаешь, трёх карточную или пяти?
— А, давай в тройную, — зевая и показывая при этом свой беззубый рот, равнодушно ответила Ирен, — так быстрее будет. Предлагаю сменить ставки. Кукареканьем в окно мы уже позабавились, предлагаю играть на раздевание.
Трезвый Олег брезгливо отказался бы от столь заманчивого предложения, но Олег был пьян, а главное была уязвлена его мужская гордость. Посему возражений не возникло. Накатив ещё по пол стаканчика, Олег раздал карты. Карта явно не заходила, да к тому же сосредоточенность всё более исчезала и растрачивалась с каждой рюмкой. Так один раз бубнового валета Олег перепутал с червовой дамой, а вместо туза крести, показалась четвёрка пиковой масти. За четыре розыгрыша Олег остался в одних трусах и носках.
— До конца, до конца визжала, словно фурия Ирен, — и собрала буру в третий раз, обыграв изрядно захмелевшего попутчика, да заставив его стянуть с себя носки. Странно, но на саму рыжую дылду алкоголь производил весьма слабое действие. Глаза её горели, луна слабо отражалась в них.
— Требую ещё одной партии! Неужели тебе не хочется реванша? Просто уверенна, что теперь масть пойдёт в твою пользу, — похихикивала Ирен.
Олег наотрез отказался продолжать игру. Ему-то было чего терять в отличие от своей спутницы. Обозвав последнею везучей шарлатанкой, он уже собрался начать одеваться, как с воплем, — а вот и обещанный спектакль! — Рыжая запрыгнула на Олега верхом.
— Ну, давай же ковбой, смелее! Целуй меня, как Ромео Джульетту, — чертовка схватила Олега за голову и начала её трясти в разные стороны. Олег почувствовал зловонный запах из почти вплотную приблизившегося отвратительного рта. В голове мелькнуло: что за бред вообще происходит.
— Насилуют! Полиция! На помощь! Чести лишают, а она у меня одна, — кричала, дико хохоча, безумная девка. — Да будет так! Никто не спешит бедной девушке на помощь! Пускай данное преступление останется на совести равнодушных соседей за стеной. — Продолжала вопить уродина, тряся голову Олега.