— Личность, то она личность, кто ж спорит то, тут в другом вопрос. Разве так можно безрассудно бежать сломя голову на красный свет только лишь затем, чтобы на большой перемене у старосты своей же группы отобрать деньги, предназначенные для раздачи стипендии. И никуда этот самый староста не делся бы. После занятий его всегда можно подкараулить да легко и просто отнять стипендию отличников и хорошистов. А сам бы цел остался. Всё равно день выдачи стипендии только завтра. Так к чему так спешить. Оно конечно понятно. Деньги нужны сегодня, и чем скорее, тем лучше, но бежать-то так оголдело зачем?
— Что такое ты несёшь Агварес? Неужели же Саше что-либо угрожает? — удивлённо и одновременно с тревогой посмотрел на своего спутника подросток.
— Ты на редкость прозорлив мой друг! Именно, именно угрожает! Этот самый Саша попросту споткнётся через пятьдесят метров и сорок два сантиметра да разобьёт насмерть башку об камень. Вот тебе и наглядный случай злого рока! Ну, разве не нелепость? А ведь какие надежды подавал?
— Всё что угодно только не это! Я сейчас прямо захлебнусь слезами. Это что же такое творится то! Безобразие! Пуск крови в холостую! Не держи меня за руку Аграт, я просто обязан его предупредить и спасти, — подросток предпринял попытку, направиться в сторону перебежавшего дорогу Саши, но был остановлен за руку рыжей красавицей.
— Да погоди ты! Успокойся. Слезами захлебнись — это можно, главное не соплями. Согласна, справедливости ну никакой. Самые молодые и достойные подчас покидают этот мир преждевременно, в то время как двухсотлетние, а то и трёхсотлетние бомжи тут и там бороздят просторы, слоняются без дела в поисках выпивки, пьют сивуху вёдрами и ничего с ними не случается. Но ведь у медали есть и оборотная сторона. Подумай сам: Саша погибнет без покаяния, без исповеди и причастия, и что самое главное без собственного изменения мировоззрения с минуса на плюс. Ведь этим зачётным спотычком у него попросту отняли эту возможность. А значит прямиком дорога ему к нам в гости в страну под названием Утопия. Так что не раскисай ты так, у тебя ещё будет время, познакомится с ним поближе в том самом раю, где черти горшки обжигают, — Аграт хихикнула.
— Из-за какого-то нелепого спотычка, прямо не верится. Сознайся честно Агварес, ты нахимичил? — не унимался подросток, явно очень расстроенный предстоящим событием.
— Довольно-таки странно, что это ты сложнейший и виртуозно подготовленный спотычёк, нелепым ругаешь. Сам посуди, сколько факторов нужно учесть одновременно. Связать воедино. Тут тебе и скорость объекта, помноженная на массу, и геометрически точно расположенный камень, а главное под правильным углом и градусом. Да и что уже за гранью понимания — это мысленная активность аккурат по направлению. Я уже молчу о временном факторе и так, кстати, развязавшемся шнурке. Так что спотычёк всё-таки скорее умопомрачительный и остроумный, нежели нелепый. Это он с виду так ничем не примечательный, но уж мне-то можешь поверить — шедевр и точка, — ответила Аграт.
— И всё равно, сегодня же закажу бригаду плакальщиц наёмных на неделю минимум, а сам надену траурную чёрную тунику, и ровно десять дней буду посыпать голову пеплом. Можете меня даже не тормозить и не отговаривать, — ответил явно не пришедший в себя подросток.
— Вот это совсем другое дело! Валяй! Смело надевай, а голову посыпать могу даже помочь с удовольствием. Сразу бы так! Что-что, а отговаривать не станем, — улыбаясь, проговорил Агварес.
Тем самым временем вдалеке послышался женский вопль, и стало заметно, как на одном пятаке стали собираться горожане, окружив что-то или кого-то лежавшего на земле. Кто-то кричал скорую помощь. Кто-то звонил куда-то. А кто-то и попросту снимал всё происходящее на телефон, дабы выложить вечером в сеть интернет.
— Нет уж, увольте меня от таких зрелищ! Уводите меня отсюда поскорее. Не могу на это смотреть без дрожи в суставах. Нервы у меня ведь не железные. Скорей же, я на грани истерики, — подросток сам вырвался вперёд, обгоняя своих попутчиков, и задал темп по категории аллюров именуемый рысью.
— Во вжарил! Смотри сам не спотыкнись ненароком. Два спотычка за одно утро это уж слишком сильно даже для меня, — хохоча, иронизировала Аграт вслед подростку, — и вообще, хватит уже лицедействовать. Пошутили и будя.
— А вот возьму и всем назло спотыкнусь! И отправлюсь с так любым сердцу моему Сашей играть в шахматы. Извольте впредь женщина не потешаться над моими чувствами! Я вам не мальчик из подворотни.