Владимир Иванович вопросительно посмотрел на своего Ангела.
- Ты как тут очутился, перекуп? Тебя кто отпустил из чистилища? - прервала бессмысленные действия подбежавшего Милана, правда по-доброму и совсем не злясь за бесцеремонность.
- Сегодня на кампусе авто-бизнесменов дежурит добрейшая душа, Клавдия Валерьевна. Так вот узнав, что обиженный мною когда-то почтенный профессор ненадолго появился в данном мире раньше времени, я естественно заупрашивал Клавдию Валерьевну дать мне маленький ничтожный шансик испросить прощения. И как изволите видеть, Клавдия Валерьевна не подвела. Простите меня, пожалуйста, без злого умысла я! Я бесконечно скорблю по вашему горю! - С этими словами перекуп упал на колени и разрыдался.
- Никого тебе не напоминает Владимир? Перекуп Мартын, что много лет назад продал тебе машину, совсем не позаботившись о безопасности тормозной системы! Да, да, он самый, собственной персоной! Он раньше тебя преставился и вот всё время в чистилище ждёт горемыка обиженных и обманутых собою людей. Чуешь, куда ветер дует? Твоя семья ведь в автокатастрофе погибла, не так ли? Последствия глупости и жадности бывают разными, и в вашем случае не повезло особенно! Тебе решать Владимир! Прощаешь перекупа? По чести если, так он и вправду без умысла. Да и нелёгкая у него работа на самом то деле. Сам посуди, детишек ведь тоже кормить чем-то надо, - в который раз дала исчерпывающий ответ Милана.
- Встань с колен и иди с миром! Ты прощён! Более не заморачивай себе по этому поводу голову. И другие тебя простят, я знаю, - сказал Владимир Иванович и даже как-то по-отечески помог подняться Мартыну, после чего тот моментально просияв, обнял профессора и, сказав "огромное спасибо" испарился в одну секунду.
- Ну а теперь в город? - Круговому не терпелось попасть в райский город просто жуть как.
- Вынуждена сказать тебе, нет! Город он никуда не денется. Он если хочешь знать - твой город. Понимаешь, как бы тебе попроще объяснить. Вся окружающая реальность полностью твоя и одновременно общая. Любой заслуживший может спокойно приходить сюда в гости. Точно также, как и ты можешь путешествовать по придуманным мирам своих друзей, родственников или просто незнакомых тебе душ. Вы даже можете кооперироваться и создавать полигамные реальности, на основе альянса общих интересов или общего склада фантазии. Но только в спектре единого тонкого измерения, именуемого на земле раем! Но самое замечательное, на мой взгляд, то, что тут никогда не бывает скучно. Сам посуди, какие безграничные возможности открываются. Тут тебе и забавное наблюдение за потомками всё ещё живущими. Тут тебе и общение с близкими уже усопшими и знакомство с предками более далёкими. Разве не увлекательно?! Здесь есть все ответы из исторического прошлого. Здесь есть всевозможные варианты развития будущего. Особо любознательные легко найдут любой ответ на любой вопрос, мучавший их при жизни. Только тут и нигде более можно знакомиться с другими мирами, и другими формами жизни. Но самое главное, тут очень много работы. Да-да, ты не ослышался, этот мир настолько сложнее вашего, что и представить страшно, но и в нём преобладает труд. Правда работа здесь другого характера и кроме счастья, и интереса не приносит ничего. В общем, всё не просто и долго рассказывать. Когда полноценно помрёшь, сам всё узнаешь. А теперь наше время истекло, тебе пора возвращаться! До скорой встречи и помни, я тебя люблю!
Девочка начала растворяться. Мгновенно промелькнул тоннель в обратном направлении, и профессор почувствовал электрический разряд да прожигающую всё тело боль. Жадно он глотнул первый глоток кислорода и открыл глаза. Он лежал в своей палате, а вокруг него копошились врачи реаниматологи.
- Пошла дефибриляция! Леночка не прекращаем сердечно-лёгочную реанимацию. Андрей, быстрей ещё вводи в эндо трахеальную трубку прокаиномид. Про кислород не забываем, - командовал старший врач реаниматолог. - Ну, слава Богу, жив человечек! - Уже обращаясь к своему пациенту, добавил врач.
- Он у меня сотым спасённым будет, сегодня вечером отмечаем, - сказал врач, обращаясь к своим коллегам.
Во врачебном журнале появилась ещё одна запись: в тринадцать ноль пять, пациент пришёл в себя, состояние стабильное.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
ФИЛОСОФИЯ РЕЛИГИИ
В больнице Владимир Иванович провёл весь остаток месяца, а точнее, без малого неделю. Всё время его усиленно пичкали различными лекарствами. Постоянно брали анализы и снимали ЭКГ. Нога зажила полностью, да и сердце совсем перестало беспокоить. Олег всё время навещал Кругового, не пропустив ни одного дня. Помимо больничной столовой у профессора всегда на столе были свежие фрукты, различные соки и вкусная домашняя еда. Со всем этим Владимир Иванович сам справиться был не в силах, так что приходилось делиться с соседями по палате, коих было ровно трое в новом отделении, куда профессора перевели сразу после ночи в реанимации. Соседи оказались весьма общительными и интересными людьми, так что время пролетело незаметно, а главное Круговой почувствовал себя так, как чувствовал в далёкой молодости. Произошли и ещё кое-какие изменения. Владимир Иванович сам того не желая стал угадывать будущие события, правда спонтанно и лишь на короткий отрезок времени. Словно дремавшая всю жизнь интуиция проснулась и резко активизировалась. Так, например, он с точностью угадал и дату своей выписки, и время операции своего соседа по палате, и то, что пожилой врач, спасший его, сам окажется на месте своей работы, правда уже в другом качестве нежели реаниматолог. К счастью для всех тут всё обошлось, и быть может, он спасёт ещё не одну жизнь. С Олегом тоже произошли изменения, которые не заметить было не возможно. Он как будто повзрослел, и все в нём начиная с внешности и заканчивая поведением, обрело новые, до этого неизвестные особенности. Олег стал меньше шутить. От воспоминания о спиртном его с отвращением передёргивало. Всё чаще он уходил в себя, и всё больше времени проводил в одиночестве, размышляя о смысле своей жизни и конечной цели.
И вот в радостный солнечный весенний день, Олег заехал на такси за профессором, и друзья снова воссоединились. Первым делом, не заезжая домой Круговой попросил отвезти его в храм иконы Божьей Матери "Иверская" при Иверской общине сестёр милосердия (детской больницы ╧20), что и было исполнено. Олега профессор попросил подождать в машине, а сам бодро зашагал к входу в храм. Время было послеобеденное и службы никакой не велось, а потому в храме Владимир Иванович по обыкновению пошёл по кругу, останавливаясь у всех иконок про себя произнося молитвы. Особенно задержался он у своей иконы и прочитал тропарь чудотворной иконе несколько раз. Затем Круговой пошёл купить свечек. Всё это время с самого появления профессора в храме за ним пристально наблюдал настоятель, иерей Алексий, и вот выждав, когда Круговой отойдёт от церковной лавки, настоятель, ведомый чем-то извне, подошёл к профессору и первым заговорил.
- Благослови тебя Господи, сын мой! Я очень рад тому, что ты посетил дом Господа! С чем пожаловал? Печали или радость привели тебя сюда? Однако скажи мне для начало своё имя.
- Владимир Иванович Круговой, святой отец. Как обращаться к вам? - немного смутившись, ответил профессор.
- А я настоятель данного храма, отец Алексий. Не прячь своего смущения, Владимир, здесь не нужно ничего стыдиться, - продолжал святой отец. - Мне кажется, за последнее время на твою долю выпало множество испытаний. Вижу это отчётливо и ясно по твоему взгляду. Возрадуйся же этому! Именно испытания открывают нам то, кто мы есть. Есть капелька добра - смело делай, превращай в реку! Увидишь капельку зла - избегай, иссуши ветром добрых намерений! Именно испытания закаляют нас и делают сильнее в борьбе со злом! Именно испытания меняют людей, правда, к горькому сожалению не всегда в лучшую сторону!
- Благодарю вас святой отец, я полностью с вами согласен. К сожалению, я не был воцерквлёным человеком все годы моей жизни, но я всегда верил в Бога, и вера всегда жила в моём сердце, - ответил Круговой. - Теперь я точно знаю о его существовании, но не всегда мне ясен смысл и промысел его в отношении нас.
- На небесах сейчас Ангелы заплакали от счастья! Да и я сам в душе ликую, слыша подобные речи! Ты на верном пути сын мой! Не против порассуждать о смысле и промысле?