- Послушай, сосед, имя Герус как-то не совсем вяжется с твоим любимым питомцем. Ну, какой из него к шуту победитель? Переименуй его, к примеру, в Бастарда. Вот эта кличка будет в самое яблочко, - шутит третий.
- Да ничего вы все трое не смыслите в селекции. А ведь меж тем благодаря совершено необыкновенной, я бы сказала загадочной случке при луне, на свет белый появилась совершенно новая, потрясающая порода. Я бы назвала её короткошёрстный ухоплан, - подытоживает грузная супруга первого соседа, и под дружных хохот весёлых и добрых соседей бывший главный производитель спешит поскорее домой, понурив голову. Вот такие пироги бывают на наших именинах профессор. Кстати, я не утомил вас своим рассказом?
- Ни капельки! Я и представить себе не мог что в таком высшем гуманном обществе как ваше, могут водиться подобные вульгарные личности. Одно лишь утешает: судя по всему их должно быть совсем не много, - ответил Круговой.
- Ещё как водятся! Но тут вы правы, их действительно можно пересчитать по пальцам. Что, кстати, очень способствует их же самих поимке. Дефективные, видите ли, разумом в большинстве своем. Кроме, наверное, вот его.
Главный показал пальцем в сторону преступника и добавил:
- Вот про кого действительно можно заявить: В любом дождике так прокрутиться сможет, что ни одна капля на него не упадёт!
Внезапно за столом не далеко от профессора началась какая-то возня. Приглядевшись, Круговой увидел, что начал её пожилой и видимо старейший в своём роде карелянин.
- Нет, я положительно ощущаю всем нутром, что кто-то отравляет своим присутствием нашу живую воду, - лепетал старик.
- Успокойся отец, тебе это просто почудилось. Ведь не хочешь же ты выглядеть сто процентным заблужденцем? Вероятно, ты забыл выпить на утро свои пилюли, вот и молотишь всякую ерунду. Ну, кому это надобно? Тут все только с чистыми помыслами, - успокаивал старика его сосед по столу.
- Разве вы сами не замечаете? Вода стала мертвой! А ещё немного и начнёт накапливать в себе зло, - упорствовал пожилой карелянин. - Глаза протрите бездари! Совсем нюх потеряли, никому не пить! - скомандовал он.
Назревала какая-то пренеприятнейшая буза. И тут произошло неожиданное и даже явно психо-разрушительное явление. Владимир Иванович спонтанно повернул голову влево от себя и вместо сидевшего там ранее красавца карелянина увидел того самого преследовавшего его, одноногого калеку, именуемого Агваресом.
- Как ты-то попал сюда нечистая сила? Теперь-то ясно кто воду отравляет, - резко и резонно произнёс профессор, сам дивясь своей храбрости. Тут же он ощутил на себе взгляды всех карелян присутствовавших на пиру, а вместе с взглядами и поддержку.
- Как сладко режет слух, это ваше "Нечистая сила", - прищурившись видимо от удовольствия, ответил калека. - Вот всё у вас, как? Да почему? А меж тем нужно спрашивать: зачем? Или: надолго ли ты братец в этих краях? Да кстати, почему на ты? Мы с вами пока ещё на брудершафт не пили. Откроюсь вам путник, мы везде и всегда. Даже в вашем ненормальном сне и никуда от этого не деться. От нас одно спасенье - это разве что под алтарём в храме палатку поставить и жить в ней подаяниями не высовывая носа. Уж там нас точно не сыщешь. Среда враждебная, знаете ли, веселья никакого.
Отпив из чаши воды, Агварес продолжал:
- Ну да воду я испортил! Что такого то? Побьете что ли?! Ах, какая прекрасная мёртвая водица - это она на моё появление так среагировала. Всегда так, - явно гордясь содеянным, хвастливо говорил калека. - Однако ну и пир у вас тут! Словно в детском садике полдник. Не хватает только пустых горшков рядом со столами. Сидите тут и моллюсков всяких водой запиваете. Скука и тоска беспредельная.
Агварес зевнул, широко раскрыв пасть, обнажая звериные клыки.
- Вы бы ещё безалкогольное шампанское где-нибудь достали. Один лишь только вон тот дядя достоин уважения на данном детском утреннике и почему-то именно он обделён благами. Сидит горемычный на стульчике и не закусывает. Мой птенец! Как минимум это не справедливо.
Тут же перед преступником, сидевшим в центре зала, как по волшебству возник целый ящик вина и поднос закуски. Тот в свою очередь отсалютовал калеке приветствие и благодарность. Затем схватил бутылку и принялся пить из горла. К нему немедленно бросилась стража, но метра за три встала, как вкопанная не в силах сделать более ни шагу. Преступник на это ответил уже глубоким поклоном в сторону Агвареса.
- Вижу я как раз вовремя. Настало время разбавить это пресное собрание, состоящее всецело из чопорных абстинентов, - продолжал хромоногий, находясь явно в прекрасном расположении духа. - Ну и где же стриптизёрши? Я вас спрашиваю, где они? Неужели же вы не только вино, но и женщин с их прелестными грудями и булочками не уважаете. Беда! Совсем беда! Ну, уж нет, так дело не пойдёт. По крайней мере, Полигей не против поразвлечься. Вижу от сюда! Я вас научу, как надобно пиры устраивать.
Калека щёлкнул пальцами и сразу из конца зала повалили абсолютно голые девицы, как раз с прелестными грудями и булочками, да вдобавок с бутылками спиртного на подносах. С расчётом по две - три на стол, они принялись разбредаться по залу, с явным намерением обслужить дорогих клиентов и доставить им огромное удовольствие. Большинство карелян сидели, широко раскрыв рты и глаза, только начали появляться и такие, которым данная затея была явно по душе. Они весело подставляли свои кубки, при этом сами съедали глазами обнажённых красавиц. Преступник же усадил одну из бесстыдниц себе на колено и что-то мило нашёптывал ей на ушко про свои планы на вечер.
Спасение пришло с правого фланга. Профессор почувствовал, что его дёргают за плечо, а обернувшись, увидел Главного, который тут же принялся шептать:
- Чего это вы бездействуете Владимир Иванович? Ведь чуяло моё сердце, будет какая-то пакость. Так и вышло. Ведь это ваш сон! Избавьтесь поскорее от этого демона, а не то он тут нам натворит всяческих безобразий.
- А смогу ли я? - всё ещё неуверенно спросил профессор.
- Естественно не сможете! Ваш товарищ напился пьяным и чепуху всякую по ветру мажет. Наплюйте на него поскорее, причём сверху. Вы лучше на девочку полюбуйтесь, которая вам вино несёт. Я её специально для вас с земли выписал. Дефицитный товар. Ах, какие ножки! Какая грудь и бедра! Какая стать! Прелестный цветок Афродиты, да и только. Самолично следил за тем, что бы она ни пропустила, ни одного отведённого ей сеанса для загара в солярии, - вмешался в разговор калека.
Профессор обернулся и увидел во взгляде Главного такую решимость и такую веру в себя самого, что дальнейшие действия сложились сами по себе.
- Огромную пушку в зал и немедленно! - взревел Круговой, и сам поразился силе своего голоса.
- Это ещё, зачем пушку? Какую такую пушку? - встревожился калека.
- Сейчас узнаешь, - сухо ответил Владимир Иванович.
Меж тем недалеко от фонтана появилась действительно огромных размеров пушка, чем-то напоминавшая царь пушку с Ивановской площади.
- Заряжай! - снова проревел профессор командным голосом, указательным пальцем показывая на Агвареса.
Несколько наиболее решительных молодых карелян вскочили со своих мест, подлетели к калеке, выдернули того из-за стола за шкварник и силой поволокли к пушке. Профессор и Главный пошагали за ними.
- Оказывается и вы не лишены воображения, дорогой профессор. Будь мы сейчас с вами в школе на уроке по изобретательности, я бы вам пятёрку поставил честное благородное слово, - ворковал Главный, семеня за Круговым. - Это ж надо такое придумать - пушку.
Тем временем калеку закинули прямо в дуло пушки. Владимир Иванович поглядел вверх, и потолок зала раскрылся надвое. За потолком очень высоко, точно также раскрылась и сфера, защищавшая город от воды. Однако вода осталась нависать над городом тёмной массой безо всяких изменений. Ни капельки не упало вовнутрь купола, что опять-таки всячески нарушало всю известную физику.
Внезапно из дула пушки на длинной змееподобной шее вылезла голова калеки.
- Я вам ещё устрою массовую миграцию! Инвалида и в пушку. Ну ладно этот бессердечный с земли, там у них все такие, там у них принято так с несчастными ветеранами, но вы-то кареляни куда смотрите? А главное, за что? Развеселить хотел, каюсь! Ублажить хотел самую толику, и вот она благодарность. Хоть ты безымянный друг на стульчике вспомни как-нибудь потом за обедом бедного калеку, да помяни его шоколадной конфеткой. О большем уж и не прошу, - плаксиво принялась причитать голова.