Одним движением руки Габриэль поднял меня с места, от резкой смены позиции комната зашаталась и стала кружиться. Страж закинул одну мою руку себе через плечо и повел к выходу из каменного зала, придерживая за спину, так как я спотыкалась и волокла дрожащие ноги по полу. Не помню, куда мы шли, но я кое-как реагировала на повышенный тон парня, но он ему не идет, этим я обрадую его позже. Габ завел меня в комнату, где мы с Дженн провели неспокойную ночь в кошмарах, от чего из груди донесся досадливый хриплый вздох. Надежда умирает последней, и она в этот момент так и сделала, так как я вернулась обратно в эту коморку. Страж помог мне лечь на кровать, я расположилась как солдатик и пялилась в обшарпанный каменный серый потолок, игнорируя вопросы брата Дженни, точнее я не могла разобрать слов и сфокусировать внимание на них. Когда парень оставил всякую попытку вывести меня на разговор, то накрыл простыней нижнюю часть моего тела и вышел из комнаты, закрывая железную дверь до конца.
Наступила гробовая тишина, из-за которой я просто начала сходить с ума, занимаясь мозговым самоуничтожением. Мысли крутились хаотично, бросаясь из крайности в крайность. Но лишь одна из всей кучи причиняла массу боли. Еще шесть таких ритуалов и меня с грехом гордости перестанет связывать хоть что-то, кроме того, что стану его первым врагом, опережая даже Тодда Блэка. Этого не хотелось всем своим существом. От подобных мыслей пока что частичной утраты в горле начались спазмы, от чего я положила ладони, обхватив свою шею. Было ощущения удушья, и мое дыхание участилось. Мне была необходимо часто вздыхать, так как воздуха в легких, как будто не хватало или он не мог туда поступить. В груди и животе было ощущение пустоты, словно там образовались черные дыры. Мышцы тела потеряли способность нормально двигаться, всем телом я ощущала упадок сил и тяжесть костей. Я не могла дать определение такому состоянию, но для меня это было горевание. Страшно было подумать, что будет дальше.
Дженнифер
Кровь остановилось спустя семь долгих минут. Я пыталась скрыть данный факт, но поздно заметила свою осечку и недочет. Пока страж подхватил белую как смерть Рейчел, в мою сторону устремилась «святая» Леди с черными кучерявыми волосами и глазами цвета хаки. Она присела на корточки предо мной и начала заглядывать в мое лицо, которое я как раз пыталась спрятать. Меня удивил обеспокоенный взгляд этой девушки. И откуда в глазах Миранды Шепард взялись нотки переживания и милосердия? Добродетельница Нестяжания попыталась преподнести нежно-сиреневый платок к моему носу, но я лишь грубо отмахнула ее руку, уверяя, что в резиденциях грехов ситуации были намного опаснее и хуже. На что Миранда ответила мне сморщенным лицом и нахмуренными бровями, а потом встала на ноги. Хмыкнув с кривой улыбкой, она швырнула мне платок на колени и поспешно отдалилась за другую сторону стола. Как только я смяла ткань в руке и замахнулась для броска обратно в сторону девушки, недобрат ворвался в каменный холл, и я замерла с недовольным лицом.
Страж одарил меня вопросительным взглядом, но после моего броска платка прям в лицо Миранде, просто протяжно вздохнул. Сев за стол, он прочитал нотации о моей опрометчивости и нехватки сил с мощью для такого ритуала, в общем, он посчитал, что я еще слаба и не готова для подобного. На этот раз я дала ему высказаться, а тем временем рассматривала и крутила в руке свой лунный камень, оставив стража разговаривать самим с собой. Святая, думая, что она какой-то авторитет и ее мнение что-то весит, пропищала несуразные слова в ответ, утвердительно качая головой. Извините, мое терпение не всесильно. Я послала недобрата с его мнением очень далеко, примерно в ту же сторону, в которую он ушел из домика бабушки, прекрасно зная, что это займет больше десятка лет. По идеи стражу сейчас должно было быть тридцать два, но выглядел он просто как двадцатипятилетний сектант-идиот со стажем. Веснушки лишь тому подтверждение. С резким выкриком, хватаясь за голову, парень подскочил на ноги. Даже я подпрыгнула на месте, но сделала вид, что поправляла платье или распашонку, да, бог знает, что это на мне надето!
– Ты. – Страж указал на меня пальцем. – Я же сказал, что была причина! – Корпус напряженного тела парня поддался вперед.