Дженн повторила за мной и испила жидкость из золотой чаши. У нее защипало предплечье, как и ожидалось. Закатав рукав, охнули все присутствующие, даже страж. Метка добродетельницы Кротости была в изображении очертания сердца, в котором был отражен такой же тоненький крест, как и у меня. Это еще не момент главного удивления. Сам пик нашего шока настал, когда кровь с платков Дженн начала возвращаться обратно туда, откуда та лилась. После того, как все капли вернулись в организм Дженнифер, она с закатанными глазами и гулом рухнула на пол.
Дженнифер
Странная лихорадка не давала мне придти в себя. Сны были в разных оттенках алого цвета. Некие красные нити обвили мое тело как дикий плющ и не давали мне сдвинуться с места в подвешенном состоянии. Я отчаянно сопротивлялась и паниковала, когда поняла, что не могла освободиться. Платье белого цвета было бы в пол, если бы я стояла. Ключевое слово «если». Однако из-за колючести красных веток кожа царапалась в местах обхвата конечностей с корпусом тела и кровоточила, от чего платье было немного измазано. Волосы были влажными и липли к лицу, нависа на него. В голове снова раздался голос старухи, которая частенько появлялась в моих сновидениях. Противные скрипящие звуки складывались в слова, по всему пространству гулял шум ломающихся костей, которые, как мне казалось, сразу же срастались. Впервые я услышала подобие ликования из уст старой женщины, хоть ее и не видела. До сих пор я не могла понять, кто была эта женщина, но когда она сквозь раскат смеха бросила слова о дневнике, меня словно облили ледяной водой, и мое тело расслабилось в хватке красного плюща, так как я поняла цель этого старого призрака. Красные нити начали ослабевать и опускать меня на землю. Вокруг была темнота, свет касался лишь места, где я висела, но источник был все же неизвестен. В кромешной тьме послышался шум бегущей воды, поэтому с настороженностью зашагала в сторону звуков. Как по щелчку пальцев я оказалась на знакомом берегу реки Айки под сумерки. В недоумении начала озираться по сторонам в поисках башни, ведь там осталась Рейчел. Мысль о недобрате тоже всплыла в голове, но я быстро от нее отмахнулась. Река была намного шире, чем в нашей реальности, поэтому я начала вглядываться в водную гладь. Песнь о семи грехах и семи добродетелях начала раздаваться над речкой, от внезапности мое тело отшатнулось назад. Поверхность реки пришла в легкое движение, из воды постепенно появлялся женский силуэт. У девушки были насквозь мокрые смоляного цвета волосы по пояс, аккуратный овал лица, спокойно открытые карие глаза. Стоило отметить особую бледноту кожи, синие пухлые губы, которые при нормальном состоянии были бы налиты пудрово-розовым отливом. Белое платье, как у меня прилипало к туловищу девушки. Вода, как будто сама поднимала тело молодой особы со дна, и ей не приходилось прикладывать какие-либо усилия. Венок на ее волосах был из зеленой листвы и алых цветов, словно только сорванных. Когда молодая дева зашагала по зеленой траве в мою сторону, можно было заметить высокий рост и в пределах нормы худобу. Мокрые волосы качались впереди, оставляя за собой следы капель. При этом незнакомка тихим и мелодичным голосом напевала оду, теперь было понятно, откуда шел звук. Образ девушки завораживал, в нем было что-то знакомое. До меня туго дошло с десятого раза, что это была сама Айка, ведьма, как оказалось, которая покровительствовала диким животным и ночами напевала песнь у реки. Она была молода, о ее красоте точно не врали. Все черты лица были гармонично сложены и женственными, каждый шажок девушки был порхающим и легким, как будто та парила над землей. Айка подошла ко мне вплотную и обхватила ледяными еще влажными ладонями мое лицо.
– Здравствуй. – Голос полный тепла и нежности обратился ко мне. – Я долго ждала твоего полного пробуждения. – Милая и искренняя улыбка коснулась бледного лица Айки.
Мой взор был прикован к ее образу, от чего я не сразу нашла, что ответить. Я взяла девушку за кисти и медленно опустила ее руки, не отрывая взгляд от карих глаз собеседницы. Не могла поверить, что предо мной стоит та самая ведьма, о которой ходят легенды.