Черт подери! Если б не компания недобрата, то с радостью! Хотела я так сказать, но замерла на выходе, стоя спиной к дуэту книжных червей.
– Тогда я умру от скуки раньше, чем меня прикончит какой-нибудь из грехов. – Бросил самодовольно мой голос через плечо. – Ничего личного, но общество с призраками прошлого я не разделяю. Их повадки к предательству заразительны. – Я смотрела четко в изумрудные глаза Рейч вполоборота. – Не заболей, сестренка. – Я подмигнула подруге, как ей недавно мой недобрат, и вышла из здания под негодования стража.
На улице снег начал набирать уровень, хоть он и был ниже щиколотки, но что-то подсказывало, его будет больше, был еще только ноябрь. Прохладный минусовой воздух давал о себе знать, так как из носа шел маленький пар. Я сильней укуталась в черный плащ и решила пройтись вокруг башни семи сестер. Воспользовавшись одиночеством, размышляла над словами стража и Айки, совершенно не понимая, как мне быть. Машинально я достала из ножен свой Атам и начла крутить его в своих руках. Улыбка вырисовалась на моем лице, когда я вспомнила, как Вайлд называл мой кинжал зубочисткой. Отголоски памяти в отношении графства Рейдж грели душу, они были моментами, как и грустными, так и теплыми. Я припомнила главного дворецкого, Люка, который все время перечил Эйдену. Он был единственным человеком, который поддерживал греха гнева. Это как мы с Рейчел, понимаем друг друга без слов, и иногда хватает простого человеческого взгляда, чтобы стало легче на душе.
За башней я наткнулась на застекленный домик с приоткрытой дверью. Любопытство заставило мои ноги идти по направлению к намеченной цели. Морозный ветерок тормошил мой капюшон, отчего мне приходилось доставать с кармана руку и придерживать темную ткань одежды, чтобы ту не сдуло с головы. Заглянув в помещение, я увидела длинноволосую блондинку с благородной осанкой, поливающую горшочек с растением. Шагнув за порог, я оглядела небольшое помещение, стекла которого запотели и стали замутненными. Крыша, как и стены теплицы, как выяснилось, были полностью из стекла, давая дневному свету проникать в пространство помещения. На перекладинах поднимающихся дорожек стояли горшки с разными формами и длиной, засеянные травами и цветами. Теплица напоминала, как своего рода зрительные места в театре, а Анжелика, как актриса грациозными движениями выступала перед публикой, оказывая внимание каждому зрителю, при этом бережно с наслаждением и заботой поливала каждое растение. Девушка, занимающаяся, видимо, любимым делом, даже не сразу заметила незваного гостя в дверях ее сокровенного места, служащего для нее отдушиной. Запах в этом прозрачном домике стоял неимоверный, такое сочетание цветочных ноток вперемежку с лекарственными травами вызывал желание не покидать блаженное место. Наверно, из своих запасов Анжелика зажигала травы в училище семи сестер, так как похожесть можно было почувствовать обонянием. Все носовые рецепторы обострились, и я непроизвольно чихнула, отвлекая девушку от занятия, при этом обратила на себя ее внимание.
– Дженни. – Анжелика мягким голосом отметила мое присутствие. – Проходи, это мое маленькое увлечение. – Девушка поманила меня рукой к себе, поэтому я устремилась вглубь здания теплицы.
– Ты все сама вырастила? – Удивленным голосом спросила собеседницу, оглядываясь по сторонам, так как внутри теплица казалась больше.
– Угу. – Утвердительно кивнула Анжелика, улыбнувшись ослепительно белой улыбкой.
– Очень красиво. – Я шумно вдохнула приятный воздух, закрытыми глазами.
– Спасибо, мне очень приятно, что кто-то ценит мое увлечение. – Она мило поджала губы и повернулась ко мне лицом.
– Я тебя искала … – Мой голос снизился до шепота.
– Знаю. – Девушка прищурилась по-доброму, а на ее ответ я слегка удивилась, вскидывая брови. – Говори. – Она поставила лейку на пол и выжидающе всматривалась в мое лицо.
– Ты говорила в башне, что я могу стать той, кто повлияет на конечный результат. – Сведя брови, наблюдала, как Анжелика кивнула. – Откуда такая уверенность? – Я развела руками по сторонам.
Девушка понимающе взглянула, то ли с сочувствием, то ли с жалостью. Она присела на низкую лавочку, похлопывая рядом с собой, чтобы я тоже присела. Последовав ее желанию, я сбросила капюшон на спину и поправила растрепанные волосы. Анжелика заправила волнистую прядь каштанового цвета мне за ухо, было ощущение, что она обращается со мной как с ребенком, но на душе была приятна такая забота.