Боже, прах его дери. Миранда иди к черту и забудь, что видела меня здесь.
– Мне нужно спрашивать у тебя разрешение, чтобы побыть в одиночестве? – Надменным голосом я ответила раздражающей особе, что просто одним видом выводила меня из себя по непонятной причине.
Не знаю, почему я так реагировала на Шепард, быть может, это было последствием не весьма радушной первой встречи. Интересно, если бы там была другая святая, я бы так же реагировала на нее? Знаете, это напоминало больше нестыковку в характере и зрительное отторжение. Ведь так бывает, что с первого взгляда человек не располагает к себе, и вы видите, что для общения этот экземпляр вам точно не подходит на духовном уровне. Я не утверждаю, что Миранда плохой человек, нет-нет. Просто у нас разные восприятия внешнего мира, мы по-своему реагируем на него и проявляем свои эмоции, которые никак не вяжутся в отношении каждой из нас. И чувствуем это несоответствие на моральном уровне, поэтому и не пытаемся сгладить напряжение, которое невозможно исправить на данный момент. Может в будущем, мы и станем нормально реагировать друг на друга, даже, возможно, общаться, но дружить мы точно не станем. Уверена, если бы не круг семи сестер, то вряд ли мы обе стали друг с другом перекидываться и парой слов. Еще играет роль тот факт, как она смотрела на моего недобрата … тут явно что-то нечистое между этими двумя, как подсказывает мое шестое чувство.
На мой весьма резкий ответ, девушка с длинными вьющимися волосами и смуглой кожей недовольно сморщила лицо. Она была очень симпатичная: благородный заостренный нос, высокий лоб, четко выраженные скулы из-за худобы тела, средней широты густые брови и глубокие глаза цвета хаки. Ростом девушка была немного выше меня, что придавало ее фигуре в форме песочных часов свои достоинства и преимущества. На ее шее я заметила небольшое родимое пятно в форме мазка кисти художника, который выделялся на смуглой коже. Девушка всегда была в перчатках, прикрывая все свое тело одеянием. Такой же черный плащ, как у меня, накрывал платье Миранды, напоминающее больше удлиненную распашонку бежевого цвета. Правда сейчас на ее плече располагалась сумка со снастями для рыбной ловли.
– Если ты закончила свой бесполезный монолог, то пошли к реке. – Она уперла руки об свои бока. – Хоть какая-то польза будет от твоей персоны. – Хмыкнула девушка.
– Пф-ф. – Я закатила глаза и отвернулась, продолжая смотреть вдаль горизонта.
– Ты Габриэля, случаем, не видела? Мы должны были вместе пойти на рыбалку, но он опоздал. – Пояснила святая, быстро говоря слова.
– Я последняя, у кого надо спрашивать подобные вещи. – Усмехнулась я. – Хотя. – Сделала задумчивый, но наигранный вид. – Кажется, недавно, моя дорогая, он мило беседовал с Рейчел, показывая ей просторы библиотечных шкафов. – С прищуром через плечо я оглянулась на добродетельницу Нестяжания.
Что и требовалось доказать, потерянный вид девушки позади меня говорил обо всем, подтверждая мои догадки. На лице у Миранды отразилась целая смесь эмоций, включая удивление, разочарование, печаль и так далее. Даже для нее, Миранда слишком быстро совладала с внутренним миром, скрывая свои чувства. Она мотнула головой, словно отгоняла ненужные мысли, вздернула подбородок и поравнялась со мной у заборчика. Профиль ее лица изображал непоколебимость и решительность, а глаза с прищуром исследовали местность вдали. Девушка ловко перелезла через забор, ее движения как будто были отточенными годами практики. Я замерла и наблюдала, как она уже начала удаляться, но в нескольких метрах от меня Миранда резко остановилась и с нервозностью окликнула меня, подобно моей манере общения, через плечо.
– Чего встала, как вкопанная!? – Недовольно бросила мне Миранда. – Рыба сама себя не поймает. – Она отвернулась и продолжила идти в сторону реки.
Я протяжно и шумно выдохнула, на плечи Амелии и так свалилось все хозяйство, и ей требовалась помощь хотя бы в поисках ингредиентов для готовки. Неудобства по этому поводу давили на совесть, хотя я была не в восторге разделять общество с этой особой, что шла немного впереди меня. Но с этим ничего не поделаешь.
Река оказалась дальше, чем я думала, поэтому молчание при ходьбе затянулось на продолжительное время, наверно, больше часа. Мне нечего было говорить этой девушке, как и ей собственно. Поэтому мы обе сохраняли нейтралитет и в тишине шагали к устью реки. Лишь небольшой коврик из снега шуршал под ногами, служа напоминанием о том, что мы действительно были наедине с Шепард. Устье реки было намного мельче, чем в моем сне, когда Айка во всем своем великолепии вышла из воды этой же самой реки. На берегу помимо нас сидел старичок престарелых лет и тоже испытывал удачу в поимке рыбы. Он был окутан в лохмотья, которые давали понять насколько у него маленький рост. Шапка из шерсти накрывала его лик, поэтому я не смогла рассмотреть черты лица мужчины. Он сидел на подстилке из пледа и держал в рукавицах самодельную удочку, леска которой тянулась до середины речки. Вода измельчавшей реки текла ровной гладью, ничто не могло сказать о том, что тут водиться хоть какая-то живность.