– Как я и говорил, вы обе последние святые сестры, которые замыкают круг добродетельниц для полноты картины. – Начал монотонно Габ.
– И, что? – Недоуменно уставилась я. – Я не хочу здесь находиться, а хочу жить спокойной жизнью вдалеке от всего этого. – Обвела руками просторы помещения.
– Поддерживаю. – Рявкнула Дженнифер, сложа руки на груди.
– Вам не избежать судьбы. Так было решено, и вы не в силах это изменить. Поэтому я хочу помочь. Исполнив свое предназначение, вы сможете жить, как жили прежде. Как и все остальные сестры. Грехи не позволят вам спокойно спать. – Распинался парень.
– Что ты несешь, сектант-полудурок? Я никому ничего не должна. – Отрезала Дженн, уже развернувшись к брату.
– Боюсь это не так. Ты часть истории, что сестры должны пройти вместе. Рейчел. – Он перевел взгляд на меня. – Я помог открыть глаза на все происходящее, зная, что с сестрой разговор не заладиться, мягко говоря. – Габриэль покосился на сестру. – Я ожидал немного другой реакции. – Грустная ухмылка натянулась на лицо стража.
– Что я буду бороться против грехов в отместку? – Я посмотрела на парня, как на самого наивного дурака. – Нет, дорогой. Я не позволю больше играть на своих эмоциях. И здешние апартаменты очень располагают к вам. – Иронизировала я, тоже поднимаясь на ноги.
– Нет. Вы здесь только по одно простой причине. – Он указал на сестру. – Дженн бы не стала слушать и утащила бы тебя за собой. Я лишь хотел попросить недельный срок, чтобы вы поняли, кто такие на самом деле. – Повел бровью парень. – Пожалуйста. – Прищурившись, добавил Габ, смотря на сестру.
– Нет. – Сквозь зубы произнесла подруга, на что парень указал рукой, как бы говоря, что и требовалось доказать.
– Вы противоположности грехов гнева и гордости, а именно сестры Любви. – Он посмотрел на меня. – И Кротости. – Одарил быстрым взглядом сестру.
Да простит меня всевышний, если он существует, но мой истерический смех как ураган вырвался наружу и раздавался эхом по всему помещению. Кажется, другие два столба в лице Дженн и Габриэля смотрели на меня как на лишившуюся рассудка чокнутую, которая все больше сгибалась пополам от приступа смеха. Но такой взрыв эмоций вызвал не тот факт, что я одна из семи сестер и добродетельница Любви, а то, что я не могу проявлять чувство, в котором недавно разочаровалась. Какая ирония судьбы, надо же, как получилось. Я вообще зареклась, что никогда не буду даже и думать в сторону любовных дел. Меня уже один раз «обули», да так, что жить не хочется. А тут Габриэль сообщает мне такую новость. Я не смогла сдержаться, это все нервы и стресс. На самом деле я пыталась заглушить панику, так как страх перед чувством любви у меня теперь был колоссален. Как от огня шарахаюсь даже от мысли кого-то полюбить, и дело не в том, что я так хочу, ведь на подсознании страх укоренился и сам управляет моим поведением. Если и примыкать к сестрам, то с целью победить его, в чем я очень сомневаюсь, что смогу.
– Я серьезно хочу вам помочь! Мы все повязаны и варимся в одном котле. Без вас все напрасно, и погибнет много людей. – Повысил голос Габ, вскидывая руки.
– Какое мне дело до них? – Дженн скривила ухмылку. – Вспоминая детство, желание спасать этих «людей» сразу отпадает. – Вспылила сестра стража, впиваясь в решетку руками.
– В тебе говорит обида. – Покачал головой Габриэль. – Не все такие, многое изменилось. – Сощурил глаза страж. – лишит твою душу трезвого помысла и сожрет тебя изнутри, не уподобляйся греху гнева. – Оскалился Габриэль.
– Иди к черту. – Бросила ему в лицо сестра.
Тут терпение стража точно дало трещину. В одни шаг он оказался у решетки Дженнифер и со всей силы ударил кулаком по черным сплетенным прутьям так, что было ощущение тряски при землетрясении. Гул удара вибрировал в воздухе, от чего в ушах был неприятный звук.
– Моргана явно плохо тебя воспитывала. Надо бы ей сообщить. – Оскалился парень.
Повисла неловкая пауза, которая ощутимо затянулась. Я даже слышала свое учащенное сердцебиение и пульсацию в голове.
– Габриэль.– Я застыла как вкопанная. – Моргана умерла несколько лет назад. – Шок посетил меня от того, что родной внук все это время не был в курсе смерти бабушки.
Глаза Дженн за секунду налились злобой и яростью. Воспользовавшись выходкой брата, подруга через решетку со всей силы схватила стража за плащ черного цвета в золотых узорах и притянула к себе. Постепенно зрачки подруги начали наливаться коричнево-алым оттенком, а сама Дженн напоминала чем-то Эйдена. От этой мысли бросило в жар и холод одновременно. Лицо стража исказилось, но он не издал и звука.