– Минди Дарвуд, Господин. – Спокойно посмотрел в записку главный дворецкий моей резиденции.
– Это был риторический вопрос! – Я закатил глаза и потер устало переносицу. – Пригласи эту мра … – Запнулся, вспомнив о том, что не люблю свидетелей моих эмоций, даже Дарию не стоило. – Мою сестру. Которой надоело ходить по земле и дышать полной грудью. – Угрюмо и мельком посмотрел на Дария, который был самой невозмутимостью, наверно, привык за все года нашего договора.
– Господин Дарвуд. – Благородным голосом обратился покорный слуга.
– ЧТО ЕЩЕ!? – Метнул угрожающий взгляд, отрываясь от бумажек, которые в полном хаосе заполняли весь мой стол.
– Она уже здесь. – Дарий взглядом указал на выход из моего кабинета.
– Неужели? – Я мгновенно подскочил с места, упираясь руками в стол, при этом сминая некоторую документацию. – Где она сейчас? – Как хищник перед охотой я был почти у выхода из кабинета, чуть ли не сбивая дворецкого с ног.
– Она в гостиной, беседует с Графом Стоуном. – Уже смотрел мне в след Дарий, выглядывая уже из пустого кабинета.
Так быстро я давно не ходил по просторам своих владений. Мои разноцветные зрачки метались с огромной скоростью. Единственной мыслью было то, чтобы тщеславная инфузория в туфельках оставалась в комнате, о которой сообщил дворецким. В голове идеи переплетались сами собой, воплощая все то, что я хотел сделать с этой дрянью, которая вставляет палки в колеса моим планам. За считанные секунды я долетел до гостиной комнаты, на пути ослабляя синий галстук, который, казалось, душил и не давал воздуху проникнуть в мой организм. С яростью распахнул обе двери, ведущих в нужное помещение так, что те почти могли с легкостью слететь с петель, но только ударились с громким хрустом об внутренние стены. Грех тщеславия подпрыгнул на месте и устремил мимолетный испуганный взгляд в дверной проем, где как раз и появился я. Через пару секунд черты лица девушки в красном платье в пол, которые обтягивали бедра, вновь приобрели уверенные и кошачьи черты лица, от этого до тошноты было противно и веяло фальшивостью. Девушка со смольным каре сидела в кресле лицом к дверям, справа от нее располагался Линдсей, по лицу которого было видно, что он вздохнул от облегчения с моим появлением. Лин лежал в привычной позе, растекаясь по дивану с молящим выражением лица, избавить его от компании девушки с длинным языком. О, поверь, дорогой собрат, ты еще останавливать меня будешь, чтобы я не грохнул особу в красном в этой комнате. Минди как ни в чем не бывало, заняла вульгарную позу, которая могла привлечь лишь Эррола и то, когда он был пьян в стельку! Минди деловито заправила прядь черных волос за ухо и устреми угольный взгляд глаз на меня, расплывшись в мерзкой улыбке, губы которой было ярко-алого цвета, как и ее платье с глубоким вырезом в зоне декольте.
– Юджи! – Радостно хлопнула в ладоши молодая девушка, от которой скоро и мокрого места не останется. – Ты оценил мой сюрприз!? – Она поднялась с места, не обращая внимания на мой разъяренный вид.
Даже Лин почувствовал мою бушующую агрессию и напряженную обстановку, поэтому медленно поменял положение тела, садясь на диван, и при этом следил за каждым моим движением, не отрывая настороженного взгляда. Он снял шляпу и положил рядом с собой на сиденье дивана, а сам оперся локтями на ноги. Из-подо лба он стрелял усталым, но сосредоточенным взглядом по двум персонам, что стояли перед ним. Похоже, Минди уже торжественно сообщила о своей выходке Линдсею, и теперь лишь он один понимал, что грех тщеславия так просто без последствий не покинет пространство этой комнаты.
– Сестренка. – Через силу выдавил это отвратительное слово сквозь зубы, скрывая свою ярость, которую решил выпустить наружу чуть позже. – Чем ты думала? – Мой голос скрывал за ледяным тоном колоссальную злость так, что мой глаз немного подрагивал.
– Все ради тебя. – Она попыталась заботливо улыбнуться, но вышло скорее наоборот. – От святых не будет теперь проблем, Эр позаботиться о такой мелочи, как устранить рой пчел, до того как они начнут атаковать, чтобы ты мог заниматься великими делами. – Воодушевленно пропела Минди, думая, что ее поступок оценят по заслуге.