Северус снова хотел остановить девушку, но тут почувствовал прилив сил в своем теле. Он больше не хотел спать, а энергия полностью начала восстанавливаться.
— Поучилось! Кейси, у тебя получилось!
— Правда? — девушка не верила его словам.
— Да! Смотри! — Северус встал на ноги, прыгая на них и веселя Кейси, засмеявшуюся от восторга.
— Северус, если бы не ты и не твои нравоучения по поводу учебы…
— Я слышу их голос! Они где – то здесь! — за дверью оказались стражники, преследуя их по пятам.
— Черт! Надо бежать! И как можно скорее! — парень хватает девушку, помогая ей встать. — Если доберемся до конца туннеля, они навряд ли побегут за нами в леса.
Леса. При одном упоминании о бродяжничестве, у Кейси заслезились глаза. Она забыла, как жить на улице, драться с собаками за последнюю корку хлеба, искать себе убежище. Но выбирая между изъятием магических сил, с которыми она подружилась и кочеванием, девушка без сомнения выберет второе.
Рядом Северус, вместе с ними их магия. Вместе они справятся. Она теперь не одна, она свободна от проклятья. Несмотря на события, произошедшие сегодня, девушка все равно запомнит этот день на всю жизнь. Самый лучший день рождения!
========== Глава 10 ==========
Оринтайн устало падает на пол, распластавшись на нем в позе звезды. Он тяжело дышит, а капельки пота стекают с его лица.
Только что Мементо заставил его отжиматься. Руки и так были хилые и тонкие, словно палки, но оборотень решил, что отжимание для вещего духа вполне по силам. Как бы не так — сделав лишь пару движений, ворон уже не в состоянии удерживать свое тело на руках.
— Ты чего развалился? — Мементо подошел к Оринтайну, присев на корточки рядом с его лицом. — Я не разрешал тебе отдыхать! Ты только начал заниматься, а складывается такое ощущение, будто ты перетащил несколько десятков мешков с зерном!
— Дай мне…отдохнуть…еще немного…— язык заплетался и не слушался хозяина. — Ты даешь мне задания, которые…которые тебе по силам, но …но не мне…я не такой, как ты…
— А твоим врагам плевать, какой ты — сильный или нет! Они будут рады сдать тебя властям за монетки, что им вручат в качестве вознаграждения.
— Но мы же нашли деревню, где на нас не смотрят, как на чужаков! — Вещий дух приподнялся на локтях, переводя дух. — Они спокойно продают нам продукты и одежду, ведут себя с нами вполне нормально. Зачем нам учиться драться?
— А ты хочешь на всю жизнь остаться в этих павильонах? — нахмурился оборотень. — Да, нам повезло, что эти места заброшены, и пока нас никто не трогает. Но если вдруг на след нападут стражники, ищущие беженцев, то что тогда? Нам придется бежать в другие места, где ситуация может быть еще хуже.
— Прошел почти что год, — вздыхает Оринтайн, стирая со своего лица пот. — Мы уже год прячемся от революции, а она еще не закончилась. Год назад очистили столицу, а я до сих пор вспоминаю статьи в газетах, где писали о том, как безжалостно доблестная стража справлялась с неповиновавшимися. До сих пор ищут магов с магией, до сих пор шерстят города и деревни. И когда этому придет конец?
— Не знаю, — оборотень садиться рядом с ним на пол, взъерошив себе волосы. — Видимо, никогда. Уриэль хочет подчинить себе всю страну. Если хоть один супротивится, да и захочет его свергнуть, то что тогда? Насколько я знаю, у императора нет основной магии.
— Зато у него куча стражников, у которых она есть. Император не пропадет, это уж точно.
— Интересно, он отнимет потом магию и у своих стражников, чтобы остаться единственным, у кого она есть?
— Навряд ли. Может быть, некоторые и попадут под его указ, но особо приближенных оставят. Негоже самому себя защищать, ведь есть собственные плебеи — они должны вставать на его защиту.
Оринтайн встает с прохладного пола, разминая свои косточки. Его глаза смотрят на раскрытое окно, откуда веет теплым весенним ветром, а солнце освещает павильон.
Ребята неплохо здесь обустроились. Нашли выброшенные на помойку предметы мебели, смогли их отреставрировать и привести в надлежащий вид. Мементо соорудил из поддонов огромную кровать, а Оринтайн сшить из покупных тканей постельное белье. Стекла для окон были честно украдены с заброшенного дома в глухой деревне неподалеку, а вход в павильоны теперь был лишь с одной стороны, наглухо закрывавшийся крепкой дверью.
— Как быстро летит время. Мементо, я даже не заметил, как оно пролетело! Через полгода мне уже восемнадцать, а тебе скоро двадцать два. Прошло восемь лет, когда мы сбежали из приюта и стали выживать, надеясь только на самих себя. Я вовсе думаю, что состарюсь, а добродетельная революция все еще будет гулять по стране.
— Ты жалеешь? — спросил его оборотень.
— О чем?
— О том, что сбежал? Ведь все это время ты бы прожил в приюте, наслаждаясь спокойствием, играми с друзьями. Ты бы смог спокойно обучаться грамматике, читать книги, гулять по территории и не оглядываться всякий раз по сторонам. Тихая и мирная жизнь, без опасностей и преград. Такую жизнь ты хотел бы?
— Не знаю, — пожал он плечами. — Если бы мы не сбежали, то у нас отняли магию еще в самом начале. Быть может, к этому времени мы бы уже привыкли без нее жить. Не было бы побегов, опасностей, не было бы страха за собственную жизнь.
Вещий дух повернулся, замечая на себе взгляд Мементо.
— А что самое главное, так это то, что твой глаз остался бы в целости и сохранности!
Парень усмехнулся. Он встал, подойдя к Оринтайну и обняв его за талию.
— Да, в чем – то ты прав — есть как плюсы, так и минусы. Но я знаю один минус, который покроет все твои плюсы.
— Интересно, какой же такой плюс во всем этом? То, что мы до сих пор при магии?
— Нет, не только. Если бы мы не сбежали, тогда не было нас, — сказал он, а у вещего духа пробежали мурашки по спине. — Ведь как мы бы поняли, что созданы друг для друга?
И ведь правда, ворон совсем не подумал об этом. Благодаря такой насыщенной жизни, ребятам удалось найти друг в друге нечто большее, чем просто дружественные отношения.
Оринтайн поднял голову, встретившись с оборотнем взглядом. Он приподнялся на носочки, чтобы поцеловать Мементо, но тот слегка остудил его пыл.
— Нет, для начала, отработаем рукопашный бой. Я не хочу отдирать тебя от каменных дорожек, когда на тебя нападут с кулаками, а ты не сможешь дать отпор.
— Эй! Для того, чтобы я лучше работал, нужна награда! — парень скрестил руки на груди, надув губы. — А то совсем нет сил. Я разбит как морально, так и физически!
Мементо тихонько засмеялся, обхватив лицо вещего духа. Потянув его слегка на себя, он нежно целует Оринтайна в губы, запуская в его рот свой язык.
Вещий дух взволнованно выдохнул носом, торопливо зажмурив глаза от нахлынувшего смущения и звучно промычал оборотню в губы.
Его прохладные ладони упёрлись Мементо в грудь, хотя обычно Оринтайн остервенело обнимал парня за шею и требовательно тянул к себе.
— Что –то не так? — спросил оборотень, нехотя оторвавшись от уст Оринтайна и глядя, как тот пытается незаметно отдышаться, пока белые щеки его человеческого обличья краснеют на глазах.
— Все хорошо… просто мне… кажется, нужно отойти, — Мементо опустил взгляд, глядя на то, как его парень сдвигает колени, а его белая ладонь, уже покрываясь темной шерстью и перьями, тянется к низу живота.
Оринтайну было сложно удержать на себе маскировку в период кладки, так что Мементо в очередной раз был свидетелем необычайно естественной трансформации вещего духа в свой истинный облик.
— Не отходи! Ты можешь сделать это при мне, а я тебе помогу… — парень резво, но аккуратно и без резких выпадов, взял ворона за талию, встал к нему вплотную и задом повел к постели. Лицо его тоже вспыхнуло, а дыхание дрогнуло от волнения.