– У Вас хороший сын, – я пристально смотрел на нее, когда произносил эти слова.
На лице женщины на долю секунды пробежала жизнь и она спросила:
– Он здесь?
– Нет, – честно признался я, – Обещал, что будет завтра.
Внутри меня сжалось, что-то.
– Завтра… – шепотом повторила Анна Святославовна, – Значит, пока подожду.
– Вы давно его ждете?
Снова укол в сердце.
– Отстань, – тихо, но жестко сказала она.
У меня был довольно сложный выбор: с одной стороны мне нужно было каким-то образом наладить контакт, с другой ее физическое состояние мешало приступить к глубокой работе. Я вспомнил Влад, его страх в глазах и желание уйти быстрее от проблем. Он всячески пытался защитить себя от общения с мамой, но сейчас она его ждала. Заменить ей его я не мог, поэтому сейчас вызывал лишь раздражение.
– Вам как удобнее, если я буду сейчас с Вами или подойду ночью? – спросил я.
– Все равно, – холодно ответила Анна Святославовна.
– Хотите чего-нибудь?
– Нет.
Все финиш. Я столкнулся с преградой, которую не мог преодолеть. Женщина была в своих мыслях и уже не реагировала на реальность. Она только могла ждать. Весь смысл ее жизни сейчас, стал ожиданием сына, который не мог найти в себе силы прийти.
– Какой я уже по счету? – скорее себя спросил я.
– Четвертый, – сухо ответила она.
– И как? Что говорили остальные?
– А бегали вокруг. Говорили, что все хорошо будет, что еще на свадьбе сына… – Анна Святославовна тяжело вздохнула, – Поплясать смогу.
– Сомнительная поддержка, – прокомментировал я, снова не подумав.
Она посмотрела на меня.
– А как надо еще? – спросила женщина.
– Хотя бы спросить, какая помощь вообще нужна.
– Чем тут поможешь?
– Ну, исцелить не исцелю. Но поговорить со мной можно.
– Зачем?
– Со мной можно и помолчать. По сути это Ваш выбор. Успокаивать Вас я не буду. Мне бы этот оптимизм лишний только помешал.
Она, не отрываясь, смотрела на меня. Видимо не привыкла к такому общению.
– Да. Откуда ты? – спросила Анна Святославовна.
– Это принципиально важно?
– Интересно просто, ты не такой как все остальные.
– Анна Свято…
– Анна. Не люблю, когда полностью имя произносят. Чувствую себя старой. Хотя в не в моем положении молодиться, – прервала она меня.
– Анна, я не из этого города, приехал вчера и пока Вы четвертый человек, которого вижу здесь. Вы беременны?
– С чего ты решил? – удивленно спросила Анна.
– Ну, Вы сказала положение, – не обдуманная шутка, мое второе имя.
– Нет, – улыбнулась она, – Да и место это не похоже на роддом.
– Да, я заметил. Стены некрасиво покрашены. А что Вы тут тогда делаете, если не собираетесь рожать?
– На море решила не ехать, тут тоже ничего.
– А как же коктейли? Я бара тут не видел.
– Внутривенно вливают, лучше берет, – ее улыбка становилась шире и шире.
– Шикарный санаторий. Номер, правда, не с видом на море.
– Почти, зато на морг можно любоваться днями, – через усталость смеясь, сказала Анна.
– Наверное, ошиблись в одной букве. Море или морг, одна опечатка, а сколько смысла.
– Ты другой… подай мне водички, пожалуйста. Сама бы дошла, но лень.
– Сейчас, – я подошел к тумбочке, достал бутылку и подал ей.
Она посмотрела на меня и сказала:
– А открыть ты мне ее не хочешь?
– Так, про это разговора не было.
– Мог бы и догадаться.
– А я никогда не понимал женских намеков, – сказал я, – Давайте привстанем немного.
Я протянул руку, она, несколько поколебавшись, слабо сжала мою кисть своей холодной тонкой ладонью. Стараясь не тянуть ее сильно, придерживая плечо, помог ей принять сидячее положение. Затем, не отпуская, подложил подушку под поясницу Анне. Проведя все манипуляции, я открыл бутылку и дал ей. Анна устала пока мы возились и продолжала опираться на мою руку, но пить решила сама. Я видел, как тяжело ей удерживать пол-литровую бутылку, но не пытался придерживать ее руки, не люблю лезть с помощью там, где этого не просят. Она пила мелкими глотками, казалось, каждая капля давалась ей с трудом.
– Спасибо, – он протянула мне бутылку.
– Пока сидеть будете?
– Да, устала лежать. На кого учишься?
– Я уже работаю, – с улыбкой произнес я и вернулся на свое место.