— Странно. Я видел её, когда жену забирал с мастер-класса по живописи. Тётя Света там явно не в первый раз.
Лена вышла в коридор. И задумалась.
Она позвонила сыну часа через два спросить какую-то ерунду. Он снова огрызнулся.
В обед Лена была дома, хотя обычно не приезжала, так как ей было совсем не по пути, да и далековато от работы. Мало того, что она была дома, она была переодета в джинсы и футболку.
— Привет, сынок!
— Мам, а ты чего дома?
— А имею право. Держи! — Она протянула ему рюкзак.
Сама подхватила куртку с пакетом и подтолкнула его к двери.
— Мам, что происходит? У меня вообще-то свои дела есть.
— Как и у меня. Давай их сегодня объединим. Давай сейчас разрешим себе сами сойти немного с ума. А, может, не так — разрешим себе быть собой и следовать своим желаниям, остановиться и посмотреть вокруг. И пусть мир посмотрит на нас! Вдруг понравится?! Не сомневаюсь, что понравится. И друг на друга посмотреть, и увидеть. Можно будет снова повторить такой день, вроде бы сумасшедший, но такой нужный. Утро мы немного смазали, начали его в рамках будильника, быстрого кофе, ещё более быстрых сборов и разбегания по делам. Мы с тобой словно незнакомцы, роботы, запрограммированные на «как дела? – нормально; ты поел? – ага; что нового? – мам, отстань!» Я прошу тебя подарить нам с тобой этот день и попробовать провести его по-другому. Давай продолжать знакомиться! Ведь мы теперешних друг друга почти не знаем. Ни я тебя, ни ты меня.
— Мам, ты по ходу правда сходишь с ума.
— Не попробовав…
— Не узнаешь. — Он полностью развернулся к матери. — Я сегодня в кино с Максом хотел сходить. Но, ладно, перенесём на завтра. Что дальше?
Она широко улыбнулась, а ему стало приятно, даже неудобно приятно, что его мать улыбается из-за него.
— Обед на воздухе! Ты выбирай что, а я выберу где. Если хочешь, давай наоборот, ты место, а я еду.
Он всё ещё несколько подозрительно смотрел на нее:
— То есть всё, что угодно?
— Всё, что угодно.
Он чуть заметно расслабился.
— Давай ты место, а сам обед выберу я. Только не жаловаться!
Лена покачала головой:
— Давай, если хочется, будем ныть и жаловаться или визжать от восторга и страха, без устанавливания рамок. Единственное условие — спокойно воспринимать любую реакцию другого. Идёт? — Она протянула ему руку.
— Идёт. — Он с усмешкой протянул свою, и они пожали руки.
— Сынок, не говори, что ты выбрал. Пойдём, возьмём это дома или купим. Не хочу знать заранее.
Наконец он заинтересовался и начал верить в правдоподобность их авантюры. Подхватив свой рюкзак, он прошёл на кухню, взял открывалку, нож, пару ложек и вилок, мама же положила в свою большую сумку два кухонных полотенца и рулон маленьких пакетов для мусора. Они посмотрели друг на друга, она взлохматила ему волосы, а он, на удивление, лишь хмыкнул и не отстранился.
— Пошли?
Они заняли лавочку в парке с видом на озеро. Разложили полотенце и еду. Чокнулись пластиковыми стаканчиками и съели по первому бутерброду.
— Хлеб, творожный сыр, чипсы прослойкой и балык — насыщенный вкус и мягко-острое ощущение, — резюмировала она.
— Но ведь съедобно? — Он с вызовом приподнял левую бровь.
— Вполне, — согласилась она.
— Держи. — Лена протянула сыну карандаш и сложенный пополам листок. — Пока не разворачивай.
Он подозрительно смотрел на неё и предметы в своих руках.
— Скажи только, что не нужно будет писать сочинение на тему «Как я провел этот день»!
— Пф, — фыркнула она. — Нет, всё не так страшно. Мы же просто знакомимся, без оценок и ожиданий. Я написала пять вопросов. Я на них отвечаю про тебя, ты — про меня. Затем обсудим.
Он всё ещё ожидал подвоха. Она легко толкнула его в плечо.
— Смысл тестов не в проверке ответов, а в том, чтобы что-то доузнать. Рискнём?
Они развернули листочки.