Выбрать главу

– Что с тобой?

– Я… ничего, – он спохватился без всякой искренности, но Мария и не лезла к нему с вопросами, притихла и забыла, словно и вопрос был продиктован всего лишь застарелым чувством долга, а не истинным желанием спросить и докопаться до правды. – Доброй ночи.

Мария не ответила, даже не услышала скорее всего. Он выключил свет, но и без того знал куда она смотрит – конечно, на чёртов поезд. На поезд, из-за которого слабый прогресс пойдёт прахом! На поезд, из которого он, не желая падать в её мир, вынул батарейки. На поезд, который…

Наверное Карло слишком много думал о поезде, потому что мысль оказалась материальна и она обрела звук. Перестукивание колесиков – пластиковых издевательских колёсиков по полу и та, та самая весёлая мелодия, которую продавцы зачем-то вшили в него. Может хотели сделать повеселее? В конце концов, они не могли знать…

Он никак не мог поймать свои мысли. Они стали комком, змеиным, вязким, страшным комком, встали в его голове, запульсировали все разом. Мария не могла узнать и поменять батарейки. Нет, не могла. Но он точно это сделал. Он их вынул чтобы её не нервировать. Но вот же – вот! – весёлая песенка, от которой стынет кровь в жилах, хотя бояться, кажется, и не надо. Но разум против. Разум не может принять. Этого не может быть!

– Доброй ночи, – сказала Мария, и это было явно обращено не к нему. Даже в темноте, по её голосу Карло почувствовал её улыбку, её облегчение.

Музыка стихла мгновенно, точно приняла прощание. Мария тихонько вздохнула и не сказала ни слова. От неё шло какое-то совершенно новое тепло и ещё – спокойствие, словно она, удостоверившись в своих догадках, обрела мир.

Карло потряхивало. Он лежал без сна, с закрытыми глазами, боясь неестественности произошедшего, и ещё больше той мысли, что всё больше завладевала им, приходя из той же неестественности: а что если всё это время Люси ждала их дома? Ждала, а они не приходили, забывшись в чужом доме, в чужом утешении, а она ждала, ждала.

Он не мог сказать вслух – это означало полное признание того, что он спятил на пару с Марией, уверившись в загробный мир, духов и чертовщину, которую должен был отрицать по строгости воспитания.

Но ведь подумать – это не преступление?

И он подумал: «доброй ночи, Люси!».

Конец

на сайте правообладателя