- Юмористка!
- С вами тоже не соскучишься. В чём я только не преуспела за этот час: и в лазании по стволам, и прыганья по камням. Даже на вершине холма стояла, не качаясь.
- А почему там надо качаться?
- На вершинах всегда беснуется ветер. Того гляди - завалит.
- Вы, наверное, невесомая.
- Как листок, сорванный бурей.
- Как цветок, целуемый солнцем.
- Поэтично. Вы стихи сочиняете?
- Во время бессонницы.
- Почему не принимаете снотворное?
- Снотворное - это же лекарство. А я здоров. Просто влюблён.
- Безответно? - понимающе кивнула Феола.
- Не знаю, - зам-шеф поправил сбившейся на ухо колпачок. - Вот когда сделаю предложение руки и сердца, тогда узнаю, взаимная любовь, или нет.
- Ещё не сделали предложения? Почему? Боязно?
- Что вы! Какой я мужчина, если нерешительный? Просто времени не было.
- Когда оно наступит?
- Вроде наступило...
- Ой! Смотрите! - перебила Феола. - На нас кто-то уставился из-за кустарника. Что он делает? Он рисует вас! Он делает портрет, чтобы найти вас в городе. Это же диверсант! Нельзя, чтобы он мог узнавать тех, кто сражается против зла.
- Пусть рисует. Что он сможет изобразить? Мой поварской колпак? Ха-ха! Под ним ничего не понять.
Феола посмотрела на Эрта. Колпак действительно был скроен мастерски. Он полностью закрывал брови, а верхней частью нависал над носом, пряча пол-лица. Отчётливыми казались только губы. Они улыбались.
Приподнятое настроение удивляло. Ведь много было причин для грусти: нападение, бессонница, переход через овраги, колкие ветки деревьев. А зам-шефа словно обуял восторг. Он смотрел на Феолу и что-то говорил смешное. Но она не слышала, потому что ветер зывывал среди стволов, словно тоже намекал на то, что тот рисующий человек опасен.
И вдруг хлопок. Повар упал навзничь. Он ранен. Пробита рука. Потеря бдительности не проходит бесследно.
- Вызывайте единорога, - простонал повар Эрт, от боли свернувшись клубочком. - По всему выходит, мы окружены. Так что выход имеем только через небо.
- Единороги не катают мужчин. Они соглашаются помогать только девушкам. Как вы пойдёте за ним? Ведь не сможете держаться за верёвку одной рукой.
- Что поделаешь... Уходите хотя бы вы.
Феола прислонилась спиной к вековой липе и провела звёздный ритуал на две стороны. Нападающие исчезли почти все. Но с двух оставшихся сторон грязевые потоки продолжали падать увесистыми сгустками.
- Теряете время, - стонал Эрт. - Бегите. За меня не беспокойтесь. Я изучал приёмы бессмертия. Выдюжу.
- Не позволю взять вас в плен. Я обязана или уничтожить диверсантов, или убежать вместе с вами.
- Ваша доброта похвальна. Но...
- Никаких “но”! Доброта всесильна. И вы знаете это. Я же помню, как вы говорили про женские вдохи.
- Это вы имеете в виду спор в фойе? Я в тот раз просто отшутился.
- А, может, вашими устами истина глаголила?
- В поговорке про истину упомянут младенец. Я что, похож на малолетнего сорванца?
- Мы все малолетки по сравнению со звёздами.
- Ну, если мыслить такими категориями.., - в голосе Эрта зазвучали оптимистичные интонации.
- ... то будем непобедимы, - закончила мысль Эрта Феола и дунула себе за плечо. Готово! Сбоку пространство очищено. Осталось отшвырнуть только тех, кто сзади.
- Вы необыкновенная. Я не сомневаюсь в вашем успехе, - повар приподнялся на локте. - Феола, я, кажется, теряю сознание от потери крови. Хочу сказать главное. Я полюбил вас. Вы восхитительная: добрая, отважная, заботливая, надёжная, умная и прекрасная как цветок. И... самая лучшая. Я постоянно думаю о вас, поэтому мне не до сна. Вы правы: я сочиняю стихи. Вы вообще во всём правы. Вы очень разумна. Не представляю жизни без вас. Будьте моей женой!
- Эрт, - Феола склонилась над поваром, - вы замечательный. Я вас обязательно спасу.
- Подумайте над моим предложением. - Эрт уронил голову на снег и больше не произнёс ни слова.
Феола с помощью звёзд отогнала остатки наглых захватчиков, перевязала рану повара бинтом из его походной аптечки, обернула верёвку вокруг пояса Эрта и вызвала единорога, произнеся его имя.