- Феола! Ты необыкновенная, - Жик взял её руки в свои. - Я давно хотел тебе сказать. И сказал. Но ты, наверное, не расслышала. Будь...
- Я буду смелой и трудолюбивой, - перебила Феола, боясь услышать то, чего когда-то ждала. Ей нельзя было позволять Жику сказать это. Ведь она не имела права ответить согласием, потому что ни совесть, ни переживания за другого человека не позволяли ей забыть о горестях большого мира ради своего маленького счастья. - Буду всю ночь корпеть над отрезами, но сделаю нам одежду, удобную для проникновения в иные измерения, чтобы не казаться там чудиками.
- Примерю, - Жик облачился в бархатную рубаху. - О, какой приятный материал! Как в нём комфортно. Ещё бы! Он создан волшебным образом волшебными руками волшебной девушки, волшебной феей моей мечты...
- Кривовато немного сидит левый рукав, но ничего, главное, чтобы не тянул, - протараторила Феола, спохватившись, что неосмотрительно позволила Жику сказать то, чего не следовало. Надо было раньше прервать его речь. Но как же, молчание - золото. Вот и домолчалась. - Я тоже пойду умываться. И в буфет загляну. Там обычно на столах стоят вазочки с сушками. Может, что раздобуду нам погрызть.
- Не слоняйся одна по коридорам. Я попробую сделать нам еду из досок.
- Лучше тогда я - из ткани. Мягче выйдет.
- А вот посоревнуемся. Думаю, у меня получатся орешки, а у тебя - просо или гречиха. Что съедобнее?
- Ягоды сделаю! Они же имеют травяную основу, как ткань, с которой я привыкла работать.
- Чувствую, наедимся не пойми чего. Животы разболятся. И не сможем никуда идти.
- Угу. От твоих орехов может зуб сломаться. А от моих кислых ягод урчание начаться.
- Ха-ха-ха! Но как-то туристы выходят из положения.
- Нам они не пример. Потому что они выходят, а нам надо войти. Разница!
- Ха-ха-ха! Но мы всё же волшебники.
- А дипломы где?
- Ха-ха-ха! А что, мои доски и твои портьеры будут у нас дипломы спрашивать?
- Ха-ха-ха! Вот и Рубиновые Миры, думаю, не будут интересоваться нашими дипломами. Так что можно к ним идти голодными. Пусть в животе урчит. Не отругают.
- Жаль, съели мы то, что нам Дядя Мигуль предложил. Но ещё остались непроверенными мои карманы, - Жик принялся трясти пальто, и из него посыпались конфеты. - Смотри, сколько еды у меня!
- Хорошо, конфетами можно перекусить. Они калорийные. А главное - перебивают аппетит.
- Ха-ха-ха! Двойная польза!
Так и хохотали всю ночь. Ели конфеты, варганили одежду, набивали ею наскоро скулёманные рюкзачки и смеялись, смеялись, смеялись. Весело было!
Но сквозь веселье Феола мысленно задавала себе один и тот же вопрос: зачем Жик носит в карманах столько конфет? Кого угощает? Хотелось разузнать. Но спрашивать не стала. Кто об этом спрашивает? Никто. Молчание - золото.
Глава 3
Когда любовь обрушивается проливным дождём
Утро нагрянуло каскадом разнообразных звуков. Выла метель, в окна били снежные комья, заунывно требезжали стёкла, от сквозняка хлопала дверь. По пустым аудиториям разносился протяжным эхом бой напольных часов со второго этажа.
Жик проснулся первым и побежал искать Феолу. Девушка ещё с ночи перетащила гору тюфяков в соседний кабинет и с наслаждением досматривала сны, зарывшись в какие-то мягкие свёртки, которые с большой натяжкой можно было назвать подушками.
Сон Феолы был бы отличным оправданием Жику не брать её в Рубиновые Миры, если бы он надумал исчезнуть втихаря. Но уйти, ничего не сказав, казалось неправильным. Тем более, что оставлять девушку одну в безлюдном помещении тоже было опасно.