Пацан оттолкнул её от себя и звучно постучал по темечку. Хорошо, что по своему, а не по её. И ещё вдвойне хорошо, что Феола во время столкновения голову успела отклонить, а то бы шишки не избежать.
Как было бы обидно: заработать шишку и синяк в момент, когда приближается минута тайной встречи с возлюбленным. Ведь как хочется выглядеть в эту секунду обворожительно! Но что-то подсказывало, что Феола выглядела далеко не так.
Беготня по учебному корпусу с перепалками, перепихиваниями и мотающимся во все стороны локационным шаром не прибавляли красоты. Разве что румянца не жалели. Но нравятся ли молодому человеку краснощёкие и взлохмаченные волшебницы, этого Феола не знала и на всякий случай достала носовой платок, чтобы привести себя в порядок.
К сожалению, трюмо поблизости не оказалось. Пришлось посмотреться в локационный шар, чтобы на его стеклянной поверхности найти своё изображение. И шар вверг Феолу в панику. Своё лицо и прижатый к нему носовой платок она в отражении увидела. Но вот возлюбленного - нет.
В погоне за бордовым платьем Феола отклонилась от первоначального направления. Пришлось снова шептать имя тайной любви, но теперь - в карман, чтобы никто не догадался о цели, с которой Феола бродит по коридору туда-сюда, никак не прибиваясь ни к какому берегу, словно заколку для волос потеряла, ищет, найти не может. Вот так, походишь за любовью, пока станешь с нею вровень.
И почему выпало девушке влюбиться в парня, который занимался всем - наукой, спортом, музыкой, оформлением стенгазет - чем угодно, только не Феолой? Он был настолько занят, что не находилось возможности перекинуться с ним даже парой слов.
С чего она втрескалась именно в него? Ведь много других парней. Но душа пылает при виде одного. Заприметив единственного и неповторимого, всё внутри Феолы начинало бушевать подобно вулкану. И становилось боязно, что весь этот жар невзначай выплестнется наружу и выдаст чувства.
Очень хотелось скрыть свои переживания до поры до времени. И пора пришла. Ждать у моря погоды стало невыносимо. Надо было подвести итог: или перевести любовь в статус взаимной, или залепить воспоминание о ней прощальными романсами, сдобренными влагой рыданий - как ласточка лепит гнездо из глины. А после этого жить, ни о чём не тревожась.
И Феола заставила себя сделать это: пойти и подвести итог, заодно удостоверившись, что хороший парень любит не её, а какую-то другую девушку в бордовом платье.
Продвигаться по центру коридора оказалось не лучшим решением. Мешала толкотня. Все куда-то неслись. В учебном комплексе так было принято. Будущие добрые волшебники не отличались медлительностью. Их учили вершить добро быстро, чтобы опередить негатив злых пакостников. Вот и привыкли учащиеся всё делать молниеносно. И перемещались как ветер. В том числе и по этому мраморному коридору, соединявшему два крыла старинного здания.
Если учесть, что людские потоки мчались в противоположные стороны, то столкновения со встречным течением было не избежать. Но Феола всё равно шла по центру коридора. Ничего не поделаешь: другого пути к парню, в которого влюблена, нет. А парень стоял в группе таких же, как сам, студентов, в середине коридора, около тумбы с распустившимся цикламеном.
По правде говоря, идти к нему не очень-то и хотелось. Карман ученического фартука был оттянут тяжёлым шаром. И даже как-то неудобно было появляться с оттопыренным карманом перед тем, кому хочешь понравиться.
Феола краем глаза посмотрела на свой перекошенный фартук и увидела, что шар показывает, что искомый человек находится где-то поблизости. Феола его видит. Но никакой девушки рядом с ним не заметно. И вообще никого в бордовой одежде в коридоре нет.
Наверное, неизвестная девушка ушла. Тогда и Феоле следует остепениться и не продолжать двигаться по коридору. Но ноги не подчинялись увещеваниям рассудка и тащили вперёд. Феола не в состоянии была противиться обуревавшим чувствам. Неспокойное сердце распоряжалось её поведением и рвалось из груди навстречу симпатичному брюнету.