- Нежную пташку как не защитить? Тем более, если у неё такой голосок, как у тебя, Феола. Твоя речь звенит неутомимым колокольчиком. Она вселяет надежду на то, что наше будущее ознаменуется победами. Такие говорушечки, как ты, достигают вершин славы.
- А я тоже готова слушать твой голос беспрестанно. Рокот моря и напор бриза слышатся в нём. На меня накатываются воспоминания, прошлое смешивается с настоящим и восторг усиливается в несколько раз.
- О чём вспоминаешь, Феола? - Жик пересел на другую сторону лавочки, чтобы загородить Феолу от лучей низкого солнца.
- Я вспоминаю, как много ты мне помогал. Со смущением принимала твоё содействие в моих мелких и смешных делах, - Феола благодарно взглянула в глаза Жика, вспомнив, как даже в незначительных поступках парень был неподдельно искренен и благороден.
Каждая минута их общения была овеяна ощущением счастья. И мечталось, чтобы этот день не кончался. Ничто не могло разрушить идиллии. Но близился закат. И в его розоватом мерцании явился Дядя Мигуль с огромными медными листами в двух руках, похожими на крылья. Настоящий летучий вестник.
- Цари посоветовали вам покинуть эту область до сумерек. Иначе не выберетесь через лес, - с расстановкой изрёк он.
- Зачем через лес? - Жик обнял Феолу. - Девушка не выдержит пути через заслон из сучковатых деревьев.
- Но беспрестанно лазить сквозь стену нельзя, - Дядя Мигуль был непреклонен. - Цари опасаются, что кто-нибудь посторонний увидит вход. Через лес сейчас вам уйти удобнее. Чаща только летом непроходима. Зимой в ней снег, наледь и безжизненность. Вам надо всего лишь миновать участок, который относится к этим мирам, где сейчас тепло. Но по мере продвижения по лесу, холодные массы воздуха начнут вытеснять летнюю жару Рубиновых Миров. В конце дороги снежный покров перестанет таять. Идти станет легче.
- Пойдёте с нами?
- Нет. Я останусь тут. Мне нравится здешнее отношение ко всему.
- Вам помогли тридцать флаконов эликсира? Вы почувствовали, что вас тут все полюбили?
- Я себя полюбил, - Дядя Мигуль мечтательно вперил взгляд в небеса.
- Ну, до свидания, Дядя Мигуль, - Феола прижала к груди подаренный ей букетик и встала со скамейки, чтобы сторож смог положить медные листы с вычеканенным на них заявлением об отпуске.
Похлопав друг друга по плечам в знак дружбы, Жик с Дядей Мигулем расстались. Сторож напоследок отдал папирус, и напомнил, в какой нише тот был спрятан.
Студенты долго смотрели вслед сторожу, пока его фигура не скрылась за деревьями. Оставалось загадкой, как Дядя Мигуль смог угадать, что ему понравится в других мирах. Ведь он ничего про них не знал.
Феола стояла в лучах закатного солнца, поправляя складки бального платья, одетого поверх блузки из тюля. Медный лист с изящно закруглёнными краями блестел рядом и придавал её облику эпическую значимость. Казалось, вот-вот грянет гром, и Феола торжественно произнесёт веление заоблачных чертогов.
Жик, подбоченившись, смотрел вдаль, стараясь прикинуть, как долго придётся пробираться сквозь дебри, чтобы пересечь их летнюю часть, относящуюся к владениям семи царей, и выйти в обычный январский мир Ландышевой Страны. Нервно покусывая губы, он возбуждённо выстукивал каблуком какой-то синкопированный ритм. Весь его вид говорил о том, что студенту не нравится перспектива заблудиться и наобум искать учебные корпуса ВУКПА, не имее понятия, с чем граничит удивительный лесной массив Рубиновых Миров.
- Что-то я запамятовала, зачем мы сюда вошли? - Феола отвлеклась от изучения медных листов.
- Выручать Дядю Мигуля.
- А он сюда зачем стремился?
- Он мечтал о бессмертии. Видимо, получил желаемое, раз его не отправили обратно.
- А декану мы что скажем?
- Иртент Клур просил разобраться в вопросах названия учебного заведения, - Жик нахмурился, - Ну тут ясно: рубин символизирует лето, а алмаз - зиму. Камни как бы соединены одним строительным комплексом. Там наш алмаз, здесь их рубин. Мы так и доложим.
- А сами уйдём ни с чем?
- Мы уйдём с осознанием того, что наивысшая цивилизация - это та, которая живёт припеваючи, не используя волшебства. Согласись, что если до сих пор нам с тобой приходится обращаться за подмогой к звёздам, значит, не всё безупречно в нашем королевстве.