И первое впечатление об этой студентке, когда он мысленно охарактеризовал её как “подвид пугливых пташек, на фартучке кармашек”, не стиралось. Феола не изменяла своему стремлению взлететь как можно выше и уразуметь как можно больше. А пугливость нередко проявлялась в виде беспокойства за себя и других. Тем ценнее была отвага, с которой Феола, несмотря на присущую ей осторожность, бросалась в гущу событий.
Зато сейчас её присутствие рядом с Жиком было очень кстати. Добродушием и разговорчивостью Феола мастерски разряжала обстановку, добавляла энергии изрядно подуставшему спутнику.
Обратная дорога с погромыхивающей медью оказалась утомительной. Если бы давившая на плечи тяжесть была последним испытанием, то настроение можно было бы поднять посвистыванием. Но впереди ещё требовалось взвалить на себя рюкзаки, пролезть через дверь и нити, а затем протиснуться со всем скарбом в лаз.
К счастью, препятствия были преодолены беспроблемно и ныряние рыбкой в тюфяки закончилось благополучно. Единственно, что огорчило, так это дополнительно затраченное время на отряхивание себя от штукатурки, которая фонтаном посыпалась на Феолу и Жика со стены, когда они спрыгнули из круглого отверстия в коридор ВУКПА.
Скатившись с горы тюфяков, Жик и Феола кинулись к сторожке, нашли свою верхнюю одежду и, забросив рюкзаки под лавку, побежали в общежития.
Они сумели мгновенно перестроиться с таинсвенных миров на реальные. Как будто ничего не произошло. Только медная чеканка внушительно смотрелась в их руках, да букетик, подаренный Дядей Мигулем, скромно выглядывал из кармана пальто Феолы.
Глава 4
Узамбарские фиалки вытоптаны не единорогами
Иртент Клур мерил свой кабинет широкими шагами, словно торопился найти такое решение, чтобы не оставить проступок Жика и Феолы незамеченным, но в то же время не наказывать студентов. Декан понимал, что нельзя принять равнодушный вид, будто ты не заметил ободранной штукатурки на стене ВУКПА, раскиданных тюфяков, неизвестно откуда взявшихся, и пропавших стремянок.
Да что там стремянок! Сторож исчез - вот беда. А эти двое проказников-студентов, стоящих сейчас перед деканом в вычурных бархатно-тюлевых одеждах, протягивали Иртенту Клуру два каких-то медных подноса вместо того, чтобы проникнуться сочувствием к произошедшему.
- Это как понимать? - декан сложил руки за спиной, исподлобья взглянув на провинившихся. - Я просил узнать о назначении папируса. Неужели нельзя было сделать это незаметно? Зачем ломать комедию с тюфяками и царапать стенку? Кто вас надоумил нарядиться в кукол и передавать привет от Дяди Мигуля железяками?
- Всё решилось за одну ночь. Мы не успели с вами посоветоваться, - оправдывались Жик и Феола, виновато потупив глаза. - Мы бы сегодня всё за собой убрали. Но вы так рано пришли...
- Как же мне не прийти? Я обязан наведываться в ВУКПА даже во время каникул. Утверждён график дежурства преподавателей.
- А когда стенка полыхнула, тут педагогов не было.
- Был педагог, отдежурил и ушёл. А наутро пришёл другой, увидел горы тюфяков и подумал, что привезли спортивный инвентарь. А я глянул вверх - ба! - дыра! Сразу понял: ваших рук дело. Не могли повременить с этим? Дождались бы меня...
- Медлить было нельзя. Отверстие, по расчётам сторожа, открывалось на слова “утро” и “пурга”. Если бы метель закончилась, то стена бы не разверзлась, - сбивчиво бормотали Жик и Феола.
- Вы себя слышите? Вы хотите исчезновение сторожа свалить на самого сторожа?
- Так вот же заявление от Дяди Мигуля, - Жик протянул медные листы. - Сторож собственноручно нам его передал.
- Вы это предъявите ректору ВУКПА? - Иртент Клур схватил листы и раздосадованно швырнул на стол. По кабинету разлился долгий жалобный гул. - Что ректор подумает о студентах?
- Каемся, нечем нам порадовать ректора. Мы из Рубиновых Миров вернулись со знаниями, которые на стол не выложишь, - вздохнул Жик.
- В таком случае, делитесь открытиями! - Иртент Клур предложил провинившимся присесть и сам занял кресло напротив них. - Я должен знать всё, чтобы замолвить о вас словечко перед аттестационной комиссией. Иначе отчислят вас за самовольство, не моргнут. Вас перед ректором могут спасти только предыдущие заслуги: отличная учёба и награды за волшебную практику в неспокойном районе.