– А че это они тушенку не на кухне хранили, а отдельно, среди ковров? – спросил подошедший Петрович.
В руках у кубанца была вскрытая банка консервов, из которой он походной ложкой выедал содержимое.
– Говно эти турецкие консервы. Вроде и мясо, а на вкус как бумага. И жира нет совсем. Одна юшка. Будешь? – Петрович протянул мне запечатанную банку.
Я взял в руки банку и осмотрел этикетку. Потом многозначительно посмотрел на Петровича.
– Валентин, а ты в курсе, что жрешь?
– Вроде баранину, – пожал плечами кубанец. – А шо?
– Это кошачий корм. Вот надпись, в переводе это означает, что внутри нежнейшие кусочки молодой ягнятины в собственном соку, от которой ваша кошечка будет в полном восторге. Да и срок годности вышел год назад.
– И шо? Ежели за пару годын не обдрыщусь, значит, консервы можно харчить. Так ты будешь или нет? – спросил Петрович, забирая банку обратно.
– Подожду реакции твоего организма, если не помрешь, значит, можно есть. Ты, кстати, не в курсе, как быстро проявляется ботулизм?
– Скотина ты, Иваныч, умеешь аппетит испортить! – прохрипел Петрович и выкинул банку.
– Да ладно, – улыбнулся я. – Вон тут газовая плитка есть, сейчас мы консервы хорошенько прокипятим, прожарим, и вся зараза умрет. Но ты смотри, если вдруг тошнить начнет, отечность появится или косить глазами начнешь, тогда лучше сразу стреляйся.
– Дурак ты и шутки у тебя дурацкие, – пробубнил кубанец и пошел дальше осматривать нутро пещеры.
Из полезного внутри пещеры нашли еще груду ржавого железа, несколько ящиков краски, сварочный аппарат, велосипед, пару деревянных коробок с какими-то механизмами внутри, похожими на корабельные детали, генератор, бочку с бензином и десяток грязных, сваленных в кучу автоматов Калашникова калибра 7,62. Еще было несколько больших, сколоченных из досок ящиков, наполненных пустыми бутылками из-под различного алкоголя. Видимо, это все было выпито хозяевами склада, но почему-то не выкинуто, а бережливо сложено и сохранено.
– Это не российские автоматы, – осмотрев находку, заявил Петрович. – Что-то из славянских собратьев. Югославы или болгары. Жалко, что патронов нет и запасных магазинов. Кто это их так засрал, интересно?
Мы побродили по пещере еще пару минут, договорились, что Петрович, как самый рукастый из нас, сошьет из найденной здесь ткани пару простеньких сумок, в которые мы сложим найденные продукты и ценные вещи, которые унесем с собой.
Снаружи послышались пьяные крики и веселый смех. Оказалось, что Косой и Женева нашли выпивку. По соседству расположилась еще одна пещерка, вход в которую был прикрыт листом железа, выкрашенным под цвет скал. За камуфлированной заслонкой прочная решетка из сваренных прутьев железа, а дальше – небольшой грот, в котором хозяева этой базы устроили себе своеобразный винный погреб. Несколько стеллажей, на которых стояли большие стеклянные бутыли, заполненные спиртом. Тут же емкости поменьше с красителями и какими-то химикатами. Теперь понятно, зачем в соседней пещере хранятся пустые бутылки из-под бухашки. Тут еще и небольшой заводик бутлегеров, оказывается, расположился. Офигеть!
– Твою ж мать! Гребаные дебилы! – выругался я. – Какого черта напились? Делать нечего?! – накинулся я на Воркуту и Косого, которые накидались спиртом и заметно окосели. – А если сейчас заявятся хозяева этого схрона, чем их встречать будете? Своими пьяными рожами?
– Чего ты командуешь? – окрысился в ответ Косой. – Ты мне хто? Нихто! Пошел в жопу, хочу пить и буду пи…
Договорить я ему не дал, со всего размаху влепил подзатыльник, а когда он упал на колени, добавил еще один. Воркуте, который попытался заступиться за собутыльника, тут же пробил ногой в грудь. Разоружил обоих и приказал Петровичу их связать. Кубанец молча выполнил приказ. Смотрел, правда, при этом на меня он не сильно одобрительно, но мне плевать на такие взгляды.
– Гребаные дебилы, а вдруг тут метиловый спирт, и они сейчас кони двинут? – прокомментировал я свой поступок.
– Ох, что ж ты за человек такой, Иваныч? – прошептал себе под нос Петрович. – И консервы у тебя с ботулизмом, и спирт метиловый. Параноик!
– Лучше быть живым параноиком, чем мертвым оптимистом. Запомни, из какой бутылки они лакали, если не сдохнут и окажется, что спирт нормальный, потом по чуть-чуть выпьем, – смилостивился я, – а пока перетащи их в большой сарай, пусть там отоспятся.
Прибежал Ванек и сообщил, что среди прибрежных скал нашел еще одну пещеру, которую хозяева этой нелегальной стоянки использовали как тюрьму и пыточную. Пошли смотреть.