«Плыви, Гарриет. Борись».
Через секунду. Я начну плыть через секунду. А сейчас я просто хочу быть с Ноланом.
С Ноланом.
С… с Ноланом.
Нолан.
Ударные волны расходятся в воде вокруг нас. Золотые искры вспыхивают во тьме.
«Красиво», — думаю я с тихим смешком, пузырьки срываются с моих губ.
Нолан уплывает дальше, становится недосягаемым.
«Нет», — думаю я. — «Нет, останься со мной».
Я не хочу, чтобы он уходил. Я не хочу смотреть, как он исчезает. Он опускается всё ниже. Его глаза теперь закрыты.
Чья-то рука сжимает ворот моего пальто. Рывок, всплеск магии вокруг моей талии…
А потом — ничего.
Глава 34
Нолан
Мы переносимся прямо в центр её гостиной, промокшие до нитки.
Я хватаю её розовый плащ и пытаюсь сорвать его с плеч, но он слишком тяжёлый, а руки у неё зажаты. Подо мной её тело безвольно и непослушно, глаза закрыты, губы едва заметно отдают синевой.
— Блядь, — я снова дёргаю за плащ, её голова бессильно клонится в сторону. — Блядь. Гарриет. Пожалуйста.
Из меня вырывается магия, и плащ исчезает, а тонкая голубая оксфордская рубашка, что на ней, липнет к груди.
Она слишком неподвижна.
Она слишком холодная.
— Гарриет, — резко говорю я, один раз встряхивая её. Я разжимаю ей рот и наклоняюсь, вдувая воздух в лёгкие. Но не знаю, сработает ли. Я — я призрак. Я не дышу. Я отстраняюсь и кладу ладони ей на середину груди, надавливая в чётком ритме.
Она не шевелится.
— Гарриет, — говорю снова.
Сколько времени она была под водой? Минута? Две? Воспоминания текучи, особенно во времени. Мне никогда не следовало отпускать её.
Господи, я никогда не забуду, как её перебросило через край палубы, ужас застлал ей глаза, руки тянулись ко мне. Я рванул следом, но она исчезла под водой слишком быстро. Я не видел её на поверхности. Я вообще ничего не видел.
— Гарриет, — шепчу я снова, теперь уже умоляя, мои руки всё ещё нажимают на её грудь.
Я считаю до тридцати, убираю руки и жду, наполнятся ли её лёгкие.
Нет.
Я снова прижимаю рот к её губам.
— Гарриет, пожалуйста. Пожалуйста, любовь моя, — я дрожащей рукой обхватываю её подбородок. Я перестаю пытаться вдувать воздух и смягчаю губы в поцелуе. Я в отчаянии. Она чертовски холодная. — Ну же. Очнись. Очнись для меня.
Это и есть то последствие, о котором предупреждала Изабелла? Та цена, которую я должен заплатить?
Если так — цена слишком высока.
Я смотрю на её бледное лицо.
— Гарриет, — мой голос ломается. — Вернись ко мне.
Я провожу большим пальцем по её щеке. Вода капает с кончиков моих волос на пол. Я ощущаю тишину, давящую, как она укутывает нас коконом на полу гостиной Гарриет. Она сжимает мне лёгкие и затылок, мои вдохи слишком громкие в отсутствии её дыхания.
— Пожалуйста, — шепчу я.
Гарриет дёргается подо мной с хриплым вдохом, захлёбываясь водой. Я быстро переворачиваю её на бок, пока она выплёвывает воду на паркет, кашляя и задыхаясь, моя рука крепко поддерживает её спину, помогая пережить это. Облегчение — как лезвие, разрезающее меня. Я так благодарен, что это больно.
— Всё хорошо, — успокаиваю я, когда она сворачивается на боку, подтянув колени к груди. Её тело сильно дрожит, мокрые волосы спутанным комком липнут к шее. — Мы вернулись. Я тебя нашёл.
Я нашёл её под водой. Я вернул её и не отпустил.
Теперь она в безопасности и она, она будет в порядке.
Её взгляд затуманенный, зубы стучат.
— Х-х-холодно, — заикается она.
Я выдыхаю некрасивое ругательство. Конечно, ей холодно. Я тру ладонями её плечи и позволяю магии течь сквозь меня — дрожащей и яркой. Контроль у меня шаткий в лучшем случае, и она вырывается из меня панической волной, заставляя дребезжать игрушки на ёлке и укрывая Гарриет, как одеяло. Она тихо стонет, когда её окутывает золото. Я обнимаю её крепче.
— Ты в порядке, — повторяю я. Я не могу перестать дрожать. — Мы вернулись.
Нам никогда не следовало возвращаться в прошлое. Не тогда, когда я знаю, что ключ к моему движению вперёд спрятан на верхней полке её подсобки. Эти перемещения — лишь отвлечение, а теперь и угроза её безопасности. Я должен был схватить её за руку и вытащить обратно в настоящее, как только мы оказались на той лодке. Я знал, где мы.
Я поступил эгоистично, не сказав ей.
Моя магия отступает, ласково касаясь её, возвращаясь ко мне. Розовые щёки. Взъерошенные волосы. Усталые глаза. Она измотана, но жива, лежит, свернувшись полумесяцем, на полу гостиной.