— В жизни не встречала такого неприятного покупателя, — сказала продавщица магазина здорового питания напарнице. — Можно подумать, я ему руки выкручивала, лишь бы он купил ореховую смесь.
— Чем ты ему не угодила?
— Шут его знает. Типа, я сговорилась с какими-то феечками, которые хотят отравить весь город.
— Вот извращенец! А куртку его видала?
Обе содрогнулись.
Динни брел домой. В свете сегодняшних событий удовольствие от того, что он как следует нахамил продавщицам, оказалось слишком слабым, и настроение так и не поднялось.
Он швырнул орехи на полку и улегся подремать.
Мораг кружила над Канал-стрит. Ей было немного не по себе оттого, что предстояло встретиться лицом к лицу со всем китайским фейским кланом, но она не сомневалась, что все кончится хорошо, и она вернется к Керри с сушеным цветком. Очень важно, чтобы Керри выиграла на конкурсе Ассоциации искусств жителей Восточной 4-й улицы, потому что это очень ее обрадует, а Мораг прочла в медицинском справочнике в книжном магазине на Второй авеню, что для страдающих болезнью Крона очень важно хорошее настроение. Несчастная Керри с большой вероятностью окажется больной Керри, а у больной Керри хирург скорее вырежет часть внутренностей.
Тем временем Хизер отправилась в недалекое путешествие в Китайский квартал за листьями китайской капусты.
«Как это все же благородно с моей стороны, — размышляла она, беспечно расчесывая волосы, пока почтовая машина везла ее по Бродвею на Канал-стрит. — Да я могла ему подсунуть старые капустные листья. Он бы в жизни не отличил. Но в рецепте сказано “листья китайской капусты”, и вот я уже иду на дополнительные усилия — и все ради Макинтоша в беде».
Она посмотрела на ослепительно голубое небо и замерла. Прямо над ней парила Мораг в окружении странных желтолицых фей. Хизер особой фейской чувствительностью не обладала, но сразу ощутила враждебность, исходившую от чужаков по отношению к Мораг. В этот момент они, похоже, пытались отобрать у нее сверкающую брошь.
Обнажив меч и выхватив скиан-ду, она взвилась в воздух.
— Отпустите мою подругу, — закричала она, ныряя в летучую толпу и яростно размахивая мечом.
Динни мирно дремал, не замечая четверых пуэрториканцев, которые играли в футбол теннисным мячиком у него под окном.
— Тревога по клану! — завопила Хизер к великому неудовольствию Динни. Она ворвалась в окно, волоча за собой Мораг. — Вероломное нападение орды желтолицых фей!
— Чего?
— Мечи наголо! Они наступают с холмов!
— Перестань орать.
— Баррикадируй двери! — вопила Хизер. — Труби в рога!
— Да заткнешься ты, наконец, вот придурочная! — возмутился Динни. — Какого черта врываешься сюда и орешь как резаная. Ты же знаешь, после обеда я сплю.
— Плевать на твой сон. На нас движутся желтолицые феи с неведомым оружием!
— Господи, ты же не у себя в горах.
— Мне пришлось с боями прорываться сюда от Канал-стрит. Хорошо, что я великолепно владею мечом. В какой-то момент мы умчали на полицейской машине, но они будут продолжать преследование, это точно. Ну же, Мораг, — она повернулась к подруге, — обнажай меч.
Настроение Хизер сменилось — теперь она была вся презрение. Она вскочила на подоконник и принялась маршировать взад-вперед.
— Ну, кто на меня? — заорала она в окно. — На кошку задумавши, рукавицу имай!
Последняя фраза была начертана на гербе клана Макинтошей и даже по шотландским стандартам звучали несколько туманно.
Она перегнулась через подоконник, чтобы посмотреть, нет ли врагов. Врагов видно не было.
— Ага! — провозгласила она. — Похоже, мне удалось оторваться. Ха! Чтобы жалкая горстка цветных фей захватила сражающегося Макинтоша! Да никогда.
Она в последний раз пригрозила мечом всему миру и соскочила внутрь комнаты.
— Мораг, пусть мы в чем-то расходимся, но никто не смеет сказать, что я бросила тебя в беде.
Оглушенная последними событиями, Мораг тряхнула головой.
— Хизер, — сказала она. — Ты полная идиотка.
Магента продолжила свой поход, сияя от удовольствия. Несомненно, боги на ее стороне. И она заслужила их расположение: при каждом удобном случае она консультировалась с Зевсом, Аполлоном и Афиной и всегда прислушивалась к их советам.
Только вчера молодая хипушка лишила Магенту мака. Потрясенная этим поражением, она присела, чтобы посоветоваться с оракулом — внутренностями мертвого голубя. Какой-то шум в небе заставил ее поднять глаза, и ее взору предстала битва крылатых персидских демонов.