— Так ты тоже! Сын белого клыка тоже не пальцем деланный! — губы Какаши дрогнули в улыбке, а взгляд пересёкся с дружеским, внутренне улыбаясь. Понимая, что он сейчас засмущается, Обито закинул руки за голову и бросил в надежде, что голос не такой тёплый, мало ли что одноклассники подумают: — что-то известно уже про спарринги?
— Вообще не всё зависит от генетики. Люди часто вешают ярлыки на детей великих людей в надежде, что они обязательно оправдают ожидания и тоже станут такими. Вот, нам с тобой повезло, мы оба целеустремлённые и сильные, что и помогло нам выжить в этом мире. Да и вообще…
— Какаши, не волнуйся. Если на том экзамене погибают ученики, это ещё не значит, что мы не надерём кому-то задницы. А теперь подбери нюни и пошли уже за парты, скоро начнётся эта нудятина…
За прошедший месяц жизнь кардинально поменялась, если не для одного Обито, но однозначно затронула множество других людей. В Конохе градом принимались новые изменения, поддерживаемые народом и заставляющие надеяться, что жить станет лучше. Новые проекты, реформы. Даже затронулась тема образования для юных шиноби, поэтому они уже как две недели вынуждены посещать академию и переквалифицироваться в новое звание. Чуунин — что-то среднее между генином и джоунином. И если те названия имелись, то это было в новинку. И сейчас подростки усердно рыскают по энциклопедиям в поисках информации к предстоящим экзаменам.
А экзамены-то о-го-го какие! На знания, выживание и… способности. Да, именно так учителя и рассказывают младшему поколению, в надежде не тревожить хрупкие умы мрачной статистикой. Но вот Какаши был иного мнения и самостоятельно, будучи рекомендованным на стажировку в АНБУ, решил всё подробно разузнать.
Нахера это всё? — как-то спросил Обито у своего отца, на что тот пожал плечами и сказал, мол, то воля Хокаге, а ему до лампочки, что за реформы происходят. У Обито вообще порой возникало чувство, что Мадара сильно отдаляется ото всех и даже руля клана, который стал жалобно трещать на ветру, будучи почти отпущенным и даже Изуной. А вот что именно творится в их братской жизни можно было только догадываться. Обито не имел привычки лезть в дела отца, будучи несколько раз грубо отваженным от этого, но сейчас… это просто было необходимо!
Иначе они просто сойдут с ума, и клан уйдёт, куда унесёт ветер… или ещё лучше, старпёры станут командовать. У них есть зуб на Мадару и его политику, что и говорить про меня. Сошлют ещё куда-нибудь. Ну нет, живым я им не дамся!
И вот, преисполненный долгом помочь отцу и дяде в их нелёгком-непонятно-чём, Обито направился по коридору. Для начала надо было высидеть урок математики…
— Обито! — брюнет затормозил и мягко улыбнулся подбежавшей подруге. Но на этот раз, заместо привычного голубого наряда, Цуна была одета в чёрную тунику и короткие шорты, с белым поясом на талии и краях материи. На пальце девочка вертела кунай, ухмыляясь. — А я как раз тебя ищу. Ты не забыл, сегодня наша тренировка!
Несмотря на внешность и боевой характер, Цуна была всего на год младше Обито. На удивление, сейчас их определили в одинаковый поток. Наверное, чтобы мороки между подростками было меньше.
— Цун, у меня есть предложение получше. Давай ты меня подтянешь по математике, — Обито не мог отказать себе в удовольствии смотреть, как заливаются лёгким румянцем милые щёчки. Заставляя чувствовать её нужной и полезной. Было видно невооружёным глазом, что девочка явно хочет общения с другом и ищет любую возможность. А Учихе даже в радость. И, на удивление, мысли о Рин постепенно уходили на второй план.
— Чего там непонятно?! Отец говорил, что ты бестолочь, но не настолько же!
— Я не бестолочь! — возмутился тот, стряхивая с себя пелену нежности к одной светловолосой девчушке. Да, забыл на мгновение её характер.
— А по-моему, так и есть, — усмехнулся рядом стоящий Какаши.
Видеть эмоции на лице друга было до дрожи приятно. Обито до сих пор не знал, что послужило тому причиной, но разбираться не хотел и надеялся, что это продлится подольше. — Да вы… вы… сговорились?
— Идём на урок! — хихикнула Цунаде и, подхватив опешивших парней за локти, потянула за собой.
… где настороженным взглядом их проводила Рин.
***
Цунаде, сидя по правую руку от своего лучшего друга, щипнула того за бок, вызывая в ответ болезненное шипение и усмешку от Какаши, сидящего по левую руку от друга. А под конец урока Цунаде и вовсе прижалась бедром к бедру бедного Учиха, отчего тот уже забил на попытки отодвинуться и высвободиться — мест нет, да и… приятно.
— Второй этап будет за деревней, это я по своим каналам пробил, — шепнул Какаши и немедленно получил тетрадью по затылку от… Рин. Она, будучи сзади, невольно ловила каждое их слово.
— Идёт урок, имейте совесть!
Парни удивлённо переглянулись и пожали плечами, не замечая, что девочки скрестили между собой неприязненные взгляды, словно катаны. Только Цуна ещё чуть улыбнулась и, обхватив руку Обито, прижалась к его боку целиком, а затем положила голову на плечо. Сзади послышался хруст сломанного карандаша. Обито уже устал удивляться и просто позволял себя тискать, мысленно себя настраивая, что отыграется на Сенджу после уроков.
Это они ещё не знали, что Рин и Цуна едва не войну собираются устроить за внимание… Обито. Кто бы мог подумать! что, едва на горизонте появится другая, которая неровно дышит к Учихе, в голове Рин словно нажали выключатель разумного мышления. Она ведь сама его отталкивала и общалась по необходимости. Они встречались лишь на уровне «привет-такие-дела-пока», который Рин собственноручно создала. И спрашивается, что её не устраивает сейчас?
Глупая женская ревность и эгоизм играют злую шутку. Как раз в тот момент, когда Обито уже поостыл в чувствах, он ей стал жизненно необходим…
— Я с вами, — неожиданно сказала Рин, слыша звонок и складывая учебники в сумку. — Потренируемся вместе, Цуна, ты ведь тоже учишься на ирьенина?
— Да, верно, — блондинка сощурила глаза цвета янтаря. — И обучает меня Мито-сан, а не какой-то облезлый медик в госпитале, которого даже никто не знает.
— Этот медик — зам. главврача больницы, который спас множество жизней, — холодно отбила шатенка, вытянув в превосходстве лицо.
— Хочешь проверить, кто сильнее?
— Да с удовольствием!
— Мальчики, вы идёте? — Цуна накинула на плечо сумку и гордой походкой направилась на выход, оставляя тех в аху… ауте.
Месяц прошёл, словно несколько дней. Различные мероприятия вертелись вокруг, словно калейдоскоп, и Обито всё больше казалось, что уже ничего не могло его удивить. Но как же он заблуждался.
***
Нока слепил круглый шарик снега и пульнул в незащищённую спину мимо проходящего братца. Однако, реакции не последовало. Парень разочарованно простонал.
— Эй, ну скажи уже что-нибудь! — однако Изуна, вздёрнув подбородок, гордо прошествовал мимо. Вот ещё, будет он реагировать на выкрутасы больного. — Не будь букой. Изуна!
— И ты ещё смеешь меня попрекать, после того что сделал? — резко развернулся нос-к-носу к Ноке.
— Ты злишься из-за Наори? — глаза опасно сверкнули. — Слушай, мне правда жаль, что так вышло.
— Не смей произносить её имя своим поганым ртом. И ни черта тебе не жаль. Поэтому я не хочу с тобой даже разговаривать.
— А если я дочку Наори захочу назвать? — наигранно возмутился. — Изуна, да подожди ты. Я правда сожалею. И хочу с тобой кое-чем поделиться.
— Чем же? — Изуна раздражённо стряхнул руку с предплечья. Нока, сощурившись, посмотрел по сторонам и склонился над ухом брата:
— Информация. Вы же хотели знать, что за странный у меня Шаринган. Я расскажу тебе. Только не тому выродку-альбиносу, и не Мадаре — тот сожрёт с потрохами тут же. Без вопросов.
— И чем же я заслужил подобную честь?
— Ты самый адекватный, — Нока пожал плечами и улыбнулся. — Ну, не считая мальца.
***
Гора не просто светилась, обдуваемая сотней порхающих в кустах светлячков. Она полыхала. Безлунная ночь опустилась на землю, погружая её в спокойное сонливое оцепенение. И двое, шедшие по узкой тропинке, едва могли рассмотреть землю под ногами.