Скатившись вниз обратно к скучающим животным, нашедшим развлечение в бодании друг друга, подростки ещё какое-то время молчали. Затем скучковались.
Какаши зарылся пальцами в пепельные волосы и простонал.
— Это пиздец, товарищи. Ни воды, ни еды, ни черта, — уставился бессмысленным взглядом в одну точку.
Обито хмыкнул.
— О, ну раз сам Какаши такое говорит, то мы точно умрём. — Рин толкнула друга в бок.
— Не начинайте, мы должны быть сообща. Особенно когда команды разделились.
— Без чакры мы здесь просто обычные люди, — между тем вещал Какаши. — Меньше чем через двенадцать часов появится обезвоживание. И мы все умрём.
— Не преувеличивай. Местные же живут здесь как-то. Можно их найти, кстати
— Серьёзно? Рин, мне хочется ещё пожить. Ты этих чумазых видела? Да они нас тут же на пики посадят.
— Вы оба правы, — улыбнулась Рин своему другу и сжала руку Обито. Затем такой же тёплый взгляд перевела и на Какаши. — Что бы ни случилось с нами, на этой миссии и вообще, я хочу чтобы вы помнили одно: мы с вами команда, одно целое. Я всегда буду за вами присматривать.
***
И на такой милой ноте троица всадников продолжила своё мини-путешествие.
— Слушайте, что это за странный свет впереди? — спустя полчаса угрюмого молчания, нарушаемого лишь глухим стуком копыт, произнёс Хатаке и потянулся в седле. — Всё затекло уже.
— Ты умираешь?! — наигранно ужаснулся Обито, но Какаши дал ему подзатыльник. — Ладно, я тоже его вижу.
Ещё через пару минут они подъехали к месту бликов. Ребята спешились.
— Вы гляньте-ка, — восторженно рассматривая стены огромной расщелины, полную прозрачно-голубых кристаллов, Обито медленно шёл вперёд. — Если это то, о чём я думаю, то на этом местонахождении мы просто озолотимся. — тихо: — я не буду зависеть от Мадары.
— Эта хрень подавляет нашу чакру! — возмутился Какаши, спускаясь на землю. — Есть смысл его уничтожить.
— Прочнее алмаза, — Обито поскрёб горную породу кунаем. — Как же мы его разобьём?
И тут внезапно послышался стук копыт.
— Ли! — Воскликнул Обито, узнав свою кобылу. Та, фыркнув, прошла мимо них и преспокойно… начала грызть кристаллы. Самое удивительное, что горная порода поддавалась. — Охренеть.
Пока подростки хлопали глазами, две остальные лошади, на удивление шедшие за ними следом, прошли мимо. Они словно бы знали, куда нужно идти. Удивление сменилось волнением, когда лошади стали взбрыкивать и бить копытами стены.
— Нет, стой! — но оказалось поздно. Потому что серия сильных ударов повлекла за собой сильную вибрацию и подозрительный хруст. Обито сглотнул и невольно ступил на шаг назад. Лошади, кажись, только сейчас поняли, что натворили: — заржали и дали дёру, так, что аж подковы сверкали.
— Твою ж! Надо отсюда уходить!
Ребята побежали обратно. Однако с одной из сторон образовалась пропасть. Об открывшееся отверстие споткнулась Рин и со вскриком покатилась вниз по выступу. Коричневая макушка мелькнула меж камней. Обито, не думая, сиганул следом, скользя брюхом и болезненно морщась.
— Рин!!! — Обито вскинул руку, норовя ухватить подругу, но касание прошло в полуметре. И то, сам парень чуть не сиганул с обрыва — его за лодыжки ухватил Какаши. Карие глаза мазнули по нему испуганным взглядом, и девушка исчезла.
— Обито, мы здесь без чакры. Если ты упадёшь отсюда — ты умрёшь.
— Но Рин… упала, — выдохнул брюнет, проводя под носом. На глаза набежали предательские слёзы, и тишину нарушил громкий всхлип. — Значит… нет, она не могла. Она жива! Мы должны спуститься и помочь. Да! У тебя где-то была верёвка. Давай.
Какаши с жалостью смотрел на метания друга, крепко стиснул челюсти и кулаки.
— Обито…
— Ну, не стой столбом! Ей нужна наша помощь! Скорей…
— Обито! — брюнет на мгновение замер, когда его схватили за предплечья и заставили посмотреть себе в глаза. Полные бездонного отчаяния и грусти. — Мы должны идти. Скоро здесь всё обвалится.
— Мы не можем её бросить! — вскинулся Учиха, пытаясь вывернуться, — ей нужна наша помощь, она ещё жива, я чувствую, я знаю!
Послышался негромкий хлопок о землю, словно… Обито приоткрыл рот в неверии, а Какаши крепко стиснул друга в объятиях, стараясь унять и свою боль.
— Рин мертва, — тихо сказал Хатаке, еле ворочая языком. Со скал уже начали сыпаться обломки. Какаши пришёл в себя и потряс Учиху, возвращая в реальность. — Нужно уходить.
— Я должен посмотреть.
— Нет времени. Пошли. — на все попытки протестовать, Какаши просто молча тащил друга на выход. Его самого гложило чувство вины и горечи. Не спас. Не защитил. А ведь обещал. Второй раз уже бросает подругу! Но на этот раз всё уже действительно слишком поздно.
Тело наотрез отказывалось слушаться, его словно парализовало. Глаза застелила мутная пелена из слёз, мешающих чётко видеть окружающий мир. Да Обито и не стремился этого делать — схватил фокусом какой-то кристаллик на земле и гипнотизировал его взглядом секунд пять. Какаши пришлось толкать его в спину, ибо едва ли не сразу на то место обвалился метровый обломок скалы. Он мог запросто их раздавить.
Резкая боль отрезвила, и Обито прижал руки к горящему лицу. Оно словно пылало и разрывалось на куски, заставляя болезненно стонать. Когда Обито на мгновение отвёл руки от лица, Какаши не смог сдержать поражённого выдоха.
Чёрт, и аптечки ведь нет и времени в обрез.
А рана на щеке от отскочивших осколков стойко продолжала кровоточить. Какаши, откопав в сумке скудные запасы бинтов, протянул другу. Не увидев реакции, всучил в руку и заставил прижать к щеке.
— Держи вот так, — схватил Учиху за свободную руку и на мгновение замер…
Теперь только на всю жизнь.
… потянул друга за собой из этого обвала, который с каждой секундой грозился их под собой похоронить. Один человечек здесь уже останется навсегда, не хватало и им тут погибнуть. Какаши проглотил застрявший ком и вытер рукавом слёзы. Ну, устроил слезоразлив. Хоть кто-то из нас должен сохранять рассудок. Все люди смертны, и мы не исключение. Это должно было случиться, если не сегодня, так на другой миссии. Чёрт, зачем я об этом думаю?!
За поворотом их чуть не снесло ветром. Они выбежали на окраину, где мирно паслась Ли над кристаллами. Недолго думая, Какаши кое-как затащил Обито за седло, на круп, вскочил вперёд и пришпорил лошадь, которая словно этого и ждала. Понеслась с таким ветром, что все мысли тут же выветрились, кроме одной: отсюда надо убираться и… больше не возвращаться. Никогда.
Пыль из-под копыт лошади ещё долго стояла в воздухе, оставляя за собой след. А также за собой заваленную пещеру со странными камнями, которые подавляли чакру и которые преспокойно жевала лошадь. Этому не было научного объяснения, и это напрягало. Поэтому, послушавшись внутреннего голоса, Какаши незаметно коснулся кармана штанов, перевёл взгляд на убитого морально друга позади себя. Да, он выяснит, что это за фигня.
Единственное радовало — чакра мало-мальски стала ощущаться. Они выяснили причину войны, всё-таки. Но какой ценой…
***
Очнулся Какаши уже в тепле и даже заботе. Голова нещадно болела, а тело отказывалось функционировать, словно по нему пробежало стадо копытных. Особенно вся правая сторона и плечо. Кажется, сильный вывих, который уже вправили, а не перелом. С ним было бы сложнее. Ведь медиков-то теперь в команде нет.
Быстро отогнав от себя плохие мысли, Какаши вспомнил одну вещь и тут же подскочил с футона. Поморщился от боли и скрипнул зубами, подавляя стоны. Рядом присел Гай и молча протянул лёд.
— Где Обито? — спросил хрипло, медленно принимая «лекарство» от ушибов. На мгновение глаза товарища блеснули грустью, но он собрался.
— Жить будет, — кисло улыбнулся Майто и уже было хотел уйти, как неожиданно его схватили за руку. — Мы нашли вас уже на краю Хуто. Мы едва не разминулись с пограничным пунктом, а то вас там ждала бы неминуемая засада.
— Что случилось?
— Вы упали с лошади и лежали какое-то время там, пока мы вас не нашли. Сейчас мы находимся у цели и скоро будем выступать. Кстати, что удивительно, аура, подавляющая чакру рассеялась. Что случилось?