– Ладно, патруль приведет. Ничего, мы тоже люди творческие, придумаем наказание поинтереснее. Свободен.
Женя развернулся на каблуках и вернулся в казарму. В его сердце затаилась тревога. Такого еще никогда не было. Художник художником, но устав Юра соблюдал неукоснительно.
На следующий день и через день, как Женя ни ждал, Юра так и не вернулся. Проходя мимо генеральского дома на очередные учения, Женя, как брошенный пес, уставился на него печальными глазами, мысленно скуля о лучшем друге. Как вдруг его взгляд заметил у забора Юрину фуражку. Женя выскочил из строя.
– Танк! Вернулся! Живо! – прокричал ротный.
– Товарищ, капитан, это фуражка Томилина. Разрешите расспросить гражданку.
– Нарываешься, вместе будете сидеть на гауптвахте!
– Есть сидеть на гауптвахте. Позвольте, мне хватит минуты.
– Ладно, иди. Сыщик, тоже мне. Ну! Быстро!
– Есть!
Не прошло и полминуты, как Танк подбежал к ротному.
– Товарищ капитан, разрешите доложить.
– Докладывай.
– Томилин был здесь позавчера. Два месяца он рисовал дочь генерала в их саду.
– В Подмосковье ему жарко, видимо, решил поморозить свои кисточки на севере, – пошутил ротный.
– Генерал вернулся домой раньше обычного. Увидев солдата, он пришел в ярость и вытащил пистолет. Дочь говорит, он хотел его только припугнуть и выстрелил два раза в воздух, преследуя Томилина. Тот убежал в лес, и больше она его не видела.
– Ну и вляпался же он… И мне кляксу на послужном нарисовал, – теребя в руке сигарету, проговорил ротный.
– Товарищ капитан, разрешите прочесать лес.
– Еще чего! Один по садам да по девкам бегает, второй в поход собрался. Есть захочет, вернется. Встать в строй!
Женя знал, что командир тоже переживал за Юру, хоть и не подавал виду. Ротный был очень жестким, но все же относился к солдатам, как к своим детям. А Юрку любил больше всех. Ротный видел, как он каждый день, каждую минуту перебарывал себя, свои амбиции и тягу к прекрасному и наравне с остальными нес все тяготы службы под руководством строгого командира.
На обратном пути Женя решил пойти ва-банк. Замыкая строй, он незаметно скрылся в чаще в поисках друга и побежал по направлению от генеральского дома. Пробежав несколько метров, Женя несколько раз прокричал имя друга. В ответ тишина. Танк пробежал еще немного вперед и снова окликнул Юру. И снова тишина. Еще через несколько метров Танк прокричал:
– Томилин, черт возьми, если ты не отзовешься, я дам Кривозубу Дашин адрес!
И вдруг Женя услышал недалеко от себя звенящий голос. Женя не сразу понял, почему звук отдавался будто эхом буквально в двух шагах от него, как вдруг увидел приоткрытый люк.
– Юр, ты здесь? – отодвигая люк, Женя крикнул в какой-то темный бункер.
– Я же говорил, если что-то случится, ты узнаешь об этом первым! – крикнул в ответ Юра.
– Вылезти сможешь?
– Не знаю, не могу пошевелиться.
– Жди меня, и я вернусь! – Женя не устоял перед соблазном повторить другу в опасности эти проникновенные слова. – Я за подмогой!
Женя что есть силы помчался в часть. Добежав до ротного, он быстро доложил ему обстановку.
– Ну, сыщик! Месяц на гауптвахте, обоим!
– Есть!
Вытащив Юру из бункера, Женя спросил:
– Не мог найти другого места для отдыха? После госпиталя тебе месяц сидеть на гауптвахте, и мне тоже. Это если генерал не пристрелит тебя до выписки.
– Не боись, я все ему объясню и подарю картину. Смотри, я как раз ее заканчивал, когда он налетел на меня.
– Ты и вправду Микеланджело наших дней. Думаю, растает.
– Спасибо, друг! А насчет места… Ты прав, в следующий раз буду падать во что-нибудь помягче.
– Давай как-нибудь обойдемся без следующего раза! А то придется возвращать тебя Даше по частям.
– Договорились. Даша, Даша... Как бы она сама меня не разделала на части, когда узнает об этой истории. Надо Лину подговорить. Если она будет на моей стороне, шансы на долгую и счастливую жизнь с ее сестрой в разы увеличатся.
– Искусство требует жертв, подуется и успокоится. Рад, что мы тебя нашли.
– Не представляешь, как я тебя поддерживаю. Спасибо, дружище!
Женя обнял лежащего на носилках друга, и спасательная группа выдвинулась в госпиталь.
***
– Тарас Рудольфович, скажите, по каким именно объектам приходили запросы из адвокатского бюро? – начал перекрестный допрос адвокат.
– Все не припомню. Так, навскидку – лифтостроительный завод, мясокомбинат, машиностроительный завод, в общем, производственные цеха, – ответил свидетель.
– Кто являлся руководителем всех этих аудитов? – спросил адвокат.