Костино сердце обливалось кровью в миг осознания случившегося.
«Какая сильная женщина! Она прошла через все это одна! А я бросил ее! Каким я был эгоистом! Каким слабаком!» – думал Костя, утопая в молящих о прощении бездонных глазах. Его мысли путались, сердце стучало с бешеной силой, отдаваясь в висках.
– Только при одном условии, – придя в себя, безапелляционно заявил Костя.
– Я готова на все, только прости! – начала всхлипывать Юля.
– При одном условии, – повторил Костя. – Ты всегда будешь моей. – Он вынул из кармана припрятанное три месяца назад кольцо и осветил его сиянием испачканные потекшей тушью щеки.
Юля потеряла дар речи. Волна безудержного волнения разливалась по всему телу и обжигала каждую его клетку все нарастающим жаром. Казалось, она перестала дышать. Только неровно вздымающаяся грудь и нервно хлопающие ресницы выдавали метавшиеся в хаосе мысли.
– У меня тоже есть одно условие, – сказала Юля серьезным тоном, оторвавшим Костю от края земли.
«Неужели она согласна?! Неужели она позволит мне идти рядом с ней!» – Костино сердце забилось со скоростью света.
– Интересно послушать, – приподняв уголок рта и смягчив взгляд, произнес Костя.
– Никогда, я повторяю, никогда даже не думай меня отпускать! – Юля изображала серьезность, пока ту не смыл больше не желающий скрываться прилив счастья.
– Это значит «да»? – спросил Костя, притягивая к себе любимую.
– Это значит «несомненно», – нежно ответила Юля и прильнула к Костиным губам.
Комнату будто озарило божественным светом, поднимавшим обручившихся лебедей в небесную высь. Их мир снова заиграл яркими слепящими красками. Души неистово закружились в темпе вальса, а сердца в унисон запели серенаду, восхваляющую их бесконечную любовь.
– Что будем делать с Марком? – переведя дыхание и придвинувшись к своему жениху, спросила Юля.
– Я разберусь. Не будем пока об этом. Я сейчас ни о чем не могу думать, кроме своей раскрасневшейся невесты, наглым образом захватившей мою подушку, – неутомимый Костя решил наверстать упущенное и снова прижал к себе смеющуюся Юлю.
***
– НЕВИНОВНЫМ.
У Юли перехватило дыхание. Еле сдерживая дрожь, охватившую все ее тело, Юля неустанно молилась. Она мысленно просила избавить мужа от участи, уготованной ему системой.
– По обвинению в убийстве с особой жестокостью подсудимый признан НЕВИНОВНЫМ.
В глазах прокурора отразилась едва заметная радость. Владимир Владиславович еще никогда так не реагировал на свой провал. Подсудимого оправдывают, а он рад. Осталось услышать одно слово по последнему обвинению, и, вероятно, Вестников выйдет из зала суда свободным человеком, а души Михаила и Алены так и останутся неотомщенными.
– По обвинению в убийстве двух и более лиц подсудимый признан НЕВИНОВНЫМ.
Костина мама вскрикнула от счастья. По ее лицу ручьями текли слезы. Мать верила. Ждала. И дождалась. С Кости сняли наручники и выпустили его из клетки. Скоро ее птенец вновь ощутит сладость вольного полета.
Объявив оправдательный приговор и закончив с формальностями, судья покинул зал. Репортеры наперегонки ринулись к Косте, боясь упустить шанс запечатлеть его первые ощущения после вердикта. Стальной Саша взял удар на себя, позволив Косте прийти в чувство и разделить эту радостную минуту с семьей. Костина мама и Юля пробились через вспышки камер и бросились в его объятья. Слезы лились рекой. Костя поднял руки вверх, будто сдаваясь под натиском поцелуев своих любимых женщин.
Вскоре зал опустел. Лина Григорьевна вышла на улицу подышать свежим воздухом и увидела у здания суда всю труппу с блеском отыгранной пьесы. Вестниковы стояли с одной стороны, адвокат с прокурором – с другой. Присяжные рассредоточились вдоль тротуара, а Кротов со Зверевым расположились немного в стороне.
Под палящим солнцем к Лине Григорьевне шел Рома, неспешно переходя дорогу. Не дойдя до лестницы нескольких шагов, он встал на месте, как вкопанный.
– Оля, ты, что ли? – спросил Рома одну из присяжных.
– Приветики-пистолетики! – как ни в чем не бывало, поздоровалась Оля.
– Тебя не узнать, отлично выглядишь! Не думал, что встречу тебя у суда. Ты здесь работаешь?
– Можно и так сказать. Но работа уже подошла к концу. Вот, жду мужа с детьми.
– Рад, что у тебя все хорошо сложилось. А я все никак не соберусь. Хотя уже тянет к семейной жизни. Надоели все эти концерты, туры, хочется уже тепла и детского смеха.
Оля не успела ничего ответить, как ее талию обхватила куча детских рук.
– Ежики, вы меня так до икоты доведете! – радостно воскликнула Оля.