Что ещё надо ей сделать?
Позвонить родительнице? Нет. Однозначно нет!
И не стоило ей об этом даже думать: в памяти сразу же вспыхнула картина недавнего прошлого. Боже, а если дядька действительно убил Наташу?! Зачем только она выпрыгнула в это окно? Зачем убежала? Ведь если бы осталась сидеть на месте, то ничего этого не было бы! Ну, отдала бы она ему все свои деньги. Не впервой! Ну, поорал бы он. Помахал руками. Но уж точно никого бы не избивал! Наверное…
– Я заказал тебе капучино и круассан с клубничным джемом, – выдернул из мрачных мыслей её спутник.
Голос его звучал равнодушно, да и взгляд был таким же. Теперь, благодаря тому, что он снял солнцезащитные очки, Олеся могла в полной мере разглядеть его. Вот только не хотела. Уж слишком увязла она в своём самобичевании. Лишь краем сознания отметила, что её незнакомец довольно привлекательный. И мужественный. Сила и уверенность – вот, что излучал он.
– Рассказывай, – велел он, расслабленно откинувшись на спинку пластикового стула. Тот жалобно скрипнул, а мужчина поморщился.
– Что? – переспросила Олеся, не до конца понимая, что он от неё требует.
– Всё. Или можешь молчать. Мы выпьем кофе, и я отвезу тебя туда, куда скажешь, – пожал он плечами, показывая этим жестом, что ему глубоко плевать и на неё, и на ситуацию, в которую она по своей глупости вляпалась.
Колосова досадливо поджала губы. На данный момент этот мужчина был единственным человеком во всём мире, которому хотелось довериться. Но какое она имеет право нагружать его своими проблемами? Они никто друг другу. Он и так сильно помог ей. А она даже не знает, как его отблагодарить.
Официантка принесла их заказ. Аккуратно всё расставила на столе, бросая заинтересованные взгляды на её спутника. А он сидел невозмутимо и с каким-то равнодушным интересом рассматривал её, Олесю. Ей бы смутиться или возмутиться на столь пристальное внимание к своей персоне с его стороны, но не могла. Или просто не хотела. Нет, не так – ей было безразлично. Хочется ему смотреть, пусть смотрит. В конце концов, он же имеет право узнать, кому именно помог.
Официантка, пожелав приятного аппетита, удалилась. Мужчина отхлебнул из своей чашки. Колосова последовала его примеру. Кофе оказался, на удивление, вкусным. И, главное, без сахара. Сделав ещё один глоток, она отставила обратно чашку и подняла свой взор на терпеливого незнакомца.
– А как вас зовут? – вместо ответа на поставленный вопрос, поинтересовалась она.
С минуту он гипнотизировал её потяжелевшим взглядом.
– Называй меня Мир, – всё же соизволил он представиться.
– А меня зовут Олеся, – вымученно улыбнувшись, представилась в ответ она.
Странный незнакомец с не менее странным именем Мир изобразил что-то наподобие улыбки. И эта гримаса совсем не понравилась ей, будто она не имя своё назвала, а какое-то грязное ругательство.
– Рассказывай, куда ты влипла, мисс Олеся, – ухмыльнулся он.
И у неё от его тона и ухмылки напрочь пропало желание делиться с ним своими проблемами. Каким-то отталкивающим вдруг он предстал перед ней. Не такой, как всего полчаса назад. Но понимание того, что она сама не выберется из этого болота, и что ей просто позарез нужна помощь, заставили её проглотить своё негодование и заговорить. Рассказывала скупо, не вдаваясь в подробности, фильтруя каждую мысль и слово: боялась сказать что-то лишнее, личное. А он слушал, не перебивая, с бесстрастным видом.
– И что планируешь делать? – спросил он, когда Олеся замолчала и с жадностью отпила уже остывший кофе.
– Не знаю, – честно призналась Колосова, опустив свой взор на стол. Одна рука Мира как раз расслабленно лежала на нём. Большая, сильная, с длинными музыкальными пальцами и с красивой формой ногтей. Произведение искусства, а не кисть…
– Друзья? Подруги? Нормальные родственники? – перечислил он возможные варианты, к кому она могла обратиться за помощью.