– Ну что ты смотришь на меня?! – не выдержав, с неприязнью процедила Наташа, впиваясь в неё надменным взглядом. – Да, надоело мне быть правильной девочкой! Да, надоела ты со своим вечным нытьём и вечными проблемами! И, да! твой дядька оказался офигенным любовником!
– Не обязательно было нашу дружбу заканчивать вот так, – спокойно заметила Олеся.
– Зато эффектно! А тебе необязательно было убегать, оставляя меня на расправу своему больному на голову родственничку! – огрызнулась она.
– Я тебя просила не открывать. Ты проигнорировала мою просьбу. Сама виновата, – пожала плечами Олеся. Сострадания в ней не было ни капли. Надоело быть добренькой и под всех подстраиваться. Надоело быть всегда и во всём виноватой!
– И где же ты отсиживалась? В каком-нибудь заброшенном доме? – злорадно усмехнулась Наташа. – У тебя же ни друзей, ни знакомых нет! Интроверт ты недоделанный!
Один уголок рта Олеси дёрнулся в намёке на полуулыбку. Но она смогла сохранить отстранённый вид. Отвечать на вопросы, тем более такие глупые, она не собиралась. Пусть думает, что хочет. Это её право.
– Прощай, Наташа. Спасибо за дружбу, – ровным тоном промолвила она и, не дожидаясь ответных язвительных реплик от бывшей подруги, чинным шагом покинула палату.
С Шевченко всё хорошо. Относительно. Остальное – неважно.
Домой Олеся вернулась только ближе к ночи. Всё это время она просидела в летнем кафе. Маленькими глотками цедила огромный бокал кофе и рассматривала вакансии на сайте. А ещё думала насчёт жилья. Жить и дальше с родительницей она категорически не хотела и не собиралась. Уж лучше снимать комнатушку у какой-нибудь ворчливой старушки, чем и дальше ловить на себе укоризненные взгляды матери. А ещё ей не хотелось больше никогда в жизни встречаться с дядькой. Жаль, что это желание неосуществимо. Разве что, ей переехать в другой город. Но так она точно не поступит. Не сейчас. Возможно, в будущем. Мать она пока не сможет одну оставить.
Работа нашлась спустя неделю. И то не по специальности. Нет, пару вакансий в банки было, но зная репутации тех учреждений, Олеся даже не рассматривала их варианты. Продавцом ей тоже не хотелось идти. А на все другие более или менее приличные предложения у неё не было опыта работы. Ей бы хотелось попробовать себя в бухгалтерской сфере, но, увы, знания у неё были только те, что дали в университете. И всё равно она отправляла таким фирмам и компаниям своё резюме, но ответного отклика не поступало.
Денег на счету становилось всё меньше, поэтому Олеся сдалась. Согласилась на вакансию администратора-кассира в книжном магазине. Книги она всегда любила. Да и сам магазин был большим и завораживающе красивым. Вот только заработная плата была маленькой. Но, рассудив, что на первое время ей и такая работа сойдёт, Олеся приступила к своим трудовым обязанностям. Кстати, к этому времени она-таки переехала от матери: сняла комнату у пожилой женщины. Правда, переехала не очень далеко: в соседний квартал. Но надеялась, что в ближайшее время ей удастся найти вариант на другом конце города. Родительнице не сказала, куда переезжает. Да та и не спрашивала. Все её мысли были только о брате: где найти денежные средства, чтобы откупить его от правосудия?
Мать и с ней не раз пробовала заговорить на эту тему, но Олеся твёрдо заявила, что денег у неё нет и искать их для такого дела она точно не будет. Мама обиделась, схватилась за сердце и нервной рукой потянулась за таблетками. Олесе было жаль её, но страх перед дядькой был сильней. Она не знала, какое наказание его ожидает за избиение человека, но надеялась, что его упекут за решётку хотя бы на полгода.
Переехала она от матери уже на следующий день после своего похода в больницу: боялась, что дядьку выпустят под залог. Или что его уже выпустили, и он просто отсиживается у своих собутыльников. Правил судебной системы она не знала, а тратить время ещё и на изучения этого аспекта – не хотела. И так корила себя, что позволила пару дней отдыха в маленьком, но таком сказочном хуторе.