Очередной рабочий день подошёл к концу. Клиентов сегодня было мало. Нервы остались целыми. Но идти сразу же домой ей не хотелось. Ноги сами понесли её к любимому кафе. Там, заняв излюбленный столик, Олеся сделала заказ и уже привычно достала блокнот с ручкой. Но сочинять ей сегодня не хотелось. Сделав несколько заметок о том, что нужно купить в выходные, она отложила его в сторону и подняла голову. Музыканты наигрывали какой-то заводной мотив. Эту песню она не знала. Но гитарист так задорно играл, что Олеся поневоле улыбнулась. Стуча носком туфли в такт музыки, она наслаждалась прохладой летнего вечера и уютной атмосферой любимого кафе. Время пролетело незаметно быстро. И Олеся опять настолько расслабилась, что вновь забыла осмотреться по сторонам, когда уходила с летней площадки.
Высокая фигура поднялась со своего места вслед за нею. Он весь вечер наблюдал. Усмехался её мечтательным улыбкам и просто рассматривал её. Можно сказать, любовался. Она похорошела. Летнее платье, строгого покроя, выгодно подчёркивало изгибы её тела. Высокий каблук удлинял и без того длинные и сногсшибательные ноги. А волосы, собранные в аккуратную гульку, открывали изящную шею.
Она шла неспешно по тротуару, даже не глядя по сторонам. И он укоризненно покачал головой, сокрушаясь её беспечности. Не мешало бы преподать ей урок, чтобы вела себя осмотрительней. Но пугать её так не хотелось…
Он следовал за ней на расстоянии в метров пятнадцати. Лишь раз оглянулся на оставленный на стоянке Harley-Davidson. А потом он увидел, как из-за поворота вышел какой-то тип неприятной наружности и явно под алкогольным опьянением. Тип споткнулся, остановился. Осмотрелся, и, заметив идущую Олеся, зловеще ухмыльнулся. В этот момент к типу подошли ещё двое таких же пьяных экземпляров. Первый тут же прижал палец к губам, показывая, чтобы приятели вели себя тихо. Те удивленно уставились на него. А тип кивком указал на девушку.
– Проучим недотрогу, – тихо прохрипел он товарищам. Те согласно закивали. Ухмылки их стали похабными.
Мир скривился. В самом начале появления первого типа в его поле зрения, он шагнул в тень дома. И теперь стоял, откинувшись спиной на стену, и внимательно наблюдая за происходящим. Что ж, урок девчонке всё же сегодня преподнесёт судьба. А он не будет мешать этому. Нет, он ей поможет. Но не в самом начале. Иначе урок она не усвоит. Жаль, конечно, девчонку. Но, раз она сама не хочет думать своей прелестной головой, он научит её этому. В конце концов, он же не всегда будет появляться рядом в нужный момент. Сегодня вот фортуна на её стороне – Мир заметил её, когда ехал по улице. Увидел, и не смог проехать мимо. Остановился. Сел на лавку, стоящую неподалёку от кафе и наблюдал. Можно было бы подойти к ней, поговорить. Но воздержался, вспомнив, что не собирался с ней продолжать знакомство. А на кой чёрт наблюдал – над этим он не задумывался. И теперь сам себя хвалил за эту слежку. Не зря, значит, потратил свободный вечер на мисс. Хотя планы у него были совсем иные. И, надо сказать, очень красочные.
Тихо хохотнув, троица нетвёрдой походкой последовала за своей жертвой. Мир тоже лениво отстранился от стены и, дав им фору в пару метров, продолжил путь прогулочным шагом вдоль дома.
Первый, что-то сказав своим дружкам, догнал Олесю и, обняв её за плечи, заглянул ей в лицо. Она вздрогнула от неожиданности и попыталась высвободиться из его захвата. Что-то прошипела ему в ответ. Мир опять укоризненно покачал головой. Надо будет ей инструктаж провести, как следует вести себя ночью с пьяными мужиками. А то так недолго стать изнасилованной или убитой. Хотя, если она так спокойно себя с ним ведёт, то, значит, они знакомы. Вот уж… магнит для мерзавцев, а не девушка!
Олесе таки удалось вывернуться из его рук. И, больше не церемонясь с ним, она прибавила шаг, желая удалиться от неприятной компании. Но не тут-то было. Претендент на переломы всех конечностей догнал её в три шага, вцепился в руку и резко дёрнул на себя. Его дружки как раз успели подойти к ним. И теперь они втроём окружили девушку, не скупясь на пошлые шуточки. Вот такая у нас некрасивая реальность. Мерзость всегда стремится испоганить что-то хорошее, что-то светлое, что-то, что принадлежит не ей. Сильный унижает слабого. И никто из случайных свидетелей не спешит ему помочь. Только наблюдают со стороны. Или убегают прочь, делая вид, что ничего не заметили. Как же Мир устал от такого мира. Как же его достали никчёмные людишки, возомнившие себя хозяевами ситуации!