– Прости. Я придурок, – на выдохе произнёс он.
– Не спорю, но поясни, пожалуйста, что именно ты имеешь в виду? – осторожно переспросила Олеся.
– Надо было думать головой, а не тем, что ниже пояса, – спокойно начал пояснять он. – Можно же было с самого начала сделать правильный вывод: твой дядька любитель бухнуть, а ты боишься пьяных. Вывод: он приставал к тебе.
Она дёрнулась как от удара. Покраснела и отвела взор в сторону.
– Значит, я прав, – чуть ли не рыча, констатировал Мир. – И что этот урод себе позволял?
– Ничего, – едва слышно отозвалась, стыдливо пряча глаза.
– Олеся!
– Это не твоё дело, – тихо возразила она. – Тем более что это уже в прошлом.
– Он может в любой момент вернуться! Какое, к лешему, в прошлом? – вспыхнул он.
Олеся оставила его выпад без внимания: боялась сделать любое телодвижение, чтобы не спровоцировать его. Хоть умом она понимала, что Мир не такой как её родственник. Что он наоборот всегда заботился о ней и спасал, но старые страхи не давали в полной мере довериться ему. Не тогда, когда он находится под алкогольным опьянением. Спирт – страшная вещь, она меняет людей до неузнаваемости. И не факт, что Мир не склонен к таким вещам. Сегодня же набросился на неё. Да, отпустил. Но, может, у него в крови просто в этот раз мало алкоголя. А в следующий… Её передёрнуло от такого предположения. Сердце покрылось ледяной корочкой. Она искоса глянула на своего незваного гостя. Мир сидел чернее грозовой тучи. Встретившись с ней глазами, он шумно выдохнул и на миг прикрыл глаза.
– Обещаю вести себя примерно. Можно я останусь на ночь? – как-то устало заговорил он.
Олеся мешкала всего пару секунд, прежде чем утвердительно кивнуть. В конце концов, если этой ночью она разочаруется в нём, то и вся её симпатия исчезнет, как порыв ветра.
– Комната свободная есть. Полотенце сейчас выдам, – отстранённо промолвила она, осторожно вставая с кровати.
– Спасибо, – лаконично поблагодарил он, следуя за ней попятам. Поняв, что она хочет что-то надеть на себя поверх пижамы, быстро снял свой пиджак и накинул ей на плечи.
Олеся вздрогнула, но отталкивать предложенную вещь не стала. Просунула руки в рукава и запахнула пиджак на груди. Она комично смотрелась в нём, но всё равно безумно сексуально. Его внимание так и приклеилось к голым ногам.
«Любоваться можно – трогать нельзя», – дал он себе мысленное наставление. Подавил вздох. Как раз-таки трогать и хотелось. Очень хотелось. А вот пугать свою мисс необузданной страстью – нет. Наверное, она права: алкоголь уж слишком менял людей. Вот и он изменился, раскрепостился и еле сдерживает свои желания по отношению к ней. Не стоило ему сегодня приезжать сюда. Но, как ни странно, он не жалел об этом своём поступке. Он узнал Олесю ещё больше и лучше. И теперь в будущем больше не допустит того, чтобы заявиться к ней в нетрезвом виде…
Она привела его в ту комнату, через которую он и проник в дом. Включила свет и удивлённо уставилась на окно.
– А где мой цветок? – посмотрев на него, строго спросила она.
– Там, – махнув на улицу, честно ответил Мир.
– Ты выбросил его?
– Нет. Оставил его под окном.
– Иди за ним! – в приказном тоне сказала она, глядя на него негодующе.
– Ага. Я – в окно, а ты его закроешь. Нет уж. Завтра верну его на законное место.
– Пойдём вместе как цивилизованные люди через дверь. Бери свою обувь. – И, не дожидаясь от него протеста, первой направилась из комнаты. Мир послушно последовал за ней, удивляясь, как легко она командует им. И ведь сама даже этого не заметила!
Цветок был возвращён на законное место, окна в доме закрыты, лишь в спальне Олеси одно осталось на проветривание. Удостоверившись, что все замки закрыты, она выдала гостю чистое постельное бельё и полотенце, и отправилась к себе. Сердце в груди продолжало отбивать бешеный ритм, но почему-то теперь она была уверена, что Мир её сегодня больше не побеспокоит. Завернувшись в одеяло чуть ли не с головой, она прижала к себе маленькую декоративную подушку и закрыла глаза. Протяжно выдохнула, успокаивая сердце и стараясь выровнять дыхание. Кажется, получилось. Правда, не с первой попытки.