- Зачем?
- Странный вопрос.
- Обыкновенный.
- Я хотел знать, как у тебя дела.
- И как давно вы общаетесь? Вы были раньше знакомы?
- Познакомились, когда ты в больнице лежала. Общаться стали, когда вернулась в Москву.
- Я звонила тебе.
- Я знаю, твой бывший начальник сказал.
- Я звонила тебе, - повысила голос. - Каждый день. Каждый чертов день я набирала твой номер и слышала одно и то же. Абонент вне зоны действия сети. А ты, оказывается, общался с моим начальником. Часто?
- Каждый день, - вздохнул Вадим.
- Смешно.
- Не очень.
- А я думаю, что очень смешно. Я безрезультатно звонила тебе каждый день, а ты в это время говорил с моим начильником.
- Я не мог позвонить тебе.
- Что мешало?
- Я не был уверен, что ты захочешь со мной говорить.
- Разве я когда-нибудь отказывалась говорить с тобой?
Он не ответил.
- Тогда зачем ты организовал мой приезд сюда? Если уверен, что не хочу с тобой говорить?
Вадим продолжал молчать.
- А если я сейчас встану, выйду в приемную, напишу там заявление об уходе и улечу назад в Москву?
- Не улетишь.
- Ты уверен? Почему?
- Не отпущу, - просто сказал Вадим.
От неожиданности я растерялась.
- Один раз я уже отпустил тебя, - Вадим вздохнул. - Когда встретились впервые. Помнишь?
Я кивнула.
- Отпустил. И потерял. Второй раз я такую ошибку не совершу.
- В третий, - поправила его. - Второй раз уже был, когда я вернулась в Москву.
- Я … Ленка, я был уверен, что ты не хочешь меня видеть. Сначала думал, что ты еще любишь его, - он не стал называть Стаса по имени. - Ведь такое бывает, что женщина продолжает любить, несмотря ни на что. Я понимал, что этого не может быть, но в жизни ведь всякое бывает. Потом мне казалось, что тебе неприятно смотреть на меня. Что я напоминаю все то, что тебе пришлось пережить.
- А потом?
- Ты так неожиданно и отважно бросилась на мою защиту, - Вадим улыбнулся. - Меня никто и никогда так не защищал. Я даже растерялся.
- Ты поэтому сбежал?
- Я все время думал, что же я сделал не так. Почему ничего не получается. Где я мог ошибиться. А еще хотел, чтобы ты разобралась в себе. И решила быть со мной не из-за благодарности или жалости.
- Жалости? Почему жалости? - не поняла я.
- Неразделенная любовь, - пожал Вадим плечами, - внушает женщинам жалость, по идее. Нет?
- Неразделенная любовь?
- Ленка, - Вадим забрал у меня чашку и переплел наши пальцы, - все что я говорил тогда, у машины, ты помнишь?
- Да, - я сглотнула комок в горле.
- Ничего не изменилось, - Вадим поднес мою руку к губам и поцеловал ладонь. - Для меня ничего не изменилось.
Он вопросительно посмотрел мне в глаза.
- Кочетов, - разозлилась я, - ты хочешь сказать, что пока я в Москве пыталась тебе дозвониться и поговорить, ты мучился рефлексией?! Сидел и ждал у моря погоды вместо того, чтобы просто спросить?! Я думала, что стала тебе безразлична! Думала, что тебе противно на меня смотреть! А ты!… Чего ты ждал? Что я тебя с собаками искать пойду?!
Я выдернула свою руку и встала из-за стола.
- Я каждый день думала о тебе, звонила. Я скучала, черт тебя дери! А ты с Петром Семеновичем меня обсуждал!
- Я не хотел на тебя давить, понимаешь?
- Вот спасибо тебе большое за такую чуткость! - я отвесила поясной поклон. - Благодетель!
Развернулась и пошла к двери.
- Куда? - раздался в спину рык Кочетова.
- Работать! Я сюда работать приехала! Некогда мне тут лясы точить!
Кочетов обогнал меня и закрыл собою дверь.
- Я не мог поверить, что ты испытываешь ко мне что-то иное, кроме признательности, - он не сводил с меня глаз. - Хотел поверить, но не мог. А потом твой начальник сказал, что тебе плохо. И что пора все это заканчивать. И я подумал, что нужно дать себе шанс. Шанс завоевать тебя. Решил рискнуть. Сделал все, чтобы организовать твой перевод сюда. Думал, вот мы встретимся, поговорим.. И может быть, ты не будешь против моих ухаживаний. Узнаешь меня получше. Полюбишь...
Он говорил медленно, тщательно подбирая слова. А я смотрела на него, и моя злость стремительно улетучивалась. Кто бы мог подумать, что такой большой, сильный мужчина, как Вадим Кочетов, может быть так неуверен в себе.
Я сама взяла его за руку, поднесла ее к лицу, потерлась щекой о большую ладонь.
- Я смертельно соскучился по тебе, Ленка. Я не спал спокойно с тех пор, как отвез тебя в Москву. Ночью лежал в постели и представлял, что ты просто вышла в соседнюю комнату и сейчас вернешься. И когда Петр Семенович сказал, что тебе без меня плохо, решил, все, хватит. Заберу. Закрою. Не отпущу. И никому больше не отдам. Никогда.