— Это у тебя надо спросить, — В темноте стойла замечаю женскую фигуру. Софа.
Она всё время стояла тут?
Гладит своего жеребца по морде, прижимаясь лицом к нему.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю её.
— Когда ты потерял совесть и начал пускать слухи за моей спиной? — спрашивает Софа, игнорируя мой вопрос.
— Какие слухи?
— Тебе виднее, что ты наговорил моему отцу.
— Я не говорил с твоим отцом, — всё так же ничего не понимаю.
— Софа, ты можешь мне нормально объяснить, — делаю шаг к ней.
— Не приближайся, — выставляет перед собой рукой, будто это сможет меня остановить. — Я уже итак сказала. Вместо того чтобы достойно расстаться и уйти из моей жизни, ты решил сломать мою. Ну что ж, можешь радоваться. Мне незачем больше жить. Отец изгнал меня из семьи.
Сердце сжимается от неподдельного отчаяния в голосе Софы. Для неё всегда семья была важна.
Неужели я напился и решил поговорить с отцом Софы?
Не помню.
Чёрт, ничего не помню.
— Софа, послушай. Я уверен, я не мог про тебя ничего сказать. Ни про нас. Я отпустил тебя. И не в моих правилах жаловаться и ябедничать ходить.
— Неважно кто это сделал. Может, ты, а может, твои друзья. Просто теперь всё кончено.
— Она теперь никому не нужна. А мне придётся уйти с ней вместе или остаться, — вмешивается Санко.
— Будь ты со мной Софа, я бы за тобой следом хоть на край света…
— Может, поэтому ты и подставил меня? Чтобы всё получилось по-твоему? Но запомни, Данил, ни сегодня, ни завтра, мы больше никогда не будем вместе. Даже если ты останешься единственным мужчиной на свете. Никогда. Предателей не прощают.
Стою молча. Что я могу сказать?
Уверить, что всё ошибка, хотя сам ничего не помню. Только интуиция подсказывает, что это не я был. Не знаю, кто вскрыл нашу тайну. Но доказать я сейчас ничего не смогу.
— Софа, я понимаю, что ты обижена. И я сейчас вряд ли смогу доказать, что это не я всё рассказал отцу, но если тебе нужна помощь. Квартира, деньги, я всегда готов помочь.
— Мне от тебя ничего не нужно, — Софа напоминает дикую кошку, вставшую на дыбы. Она уже не в белом платье, переоделась в более скромное.
Тянет Драго за поводья. Выводит наружу.
— Куда ты собралась? — иду за ней.
— Тебя это не касается.
— Соф, на улице ночь, снег по колено, куда ты собралась?
— Отстань. Не твоё дело.
Она огрызается, не поворачивая головы. А у меня в душе напряжение растёт, будто сейчас что-то плохое случиться должно.
Иду следом, ловлю за руку, но Софа взлетает на своего жеребца, её пальцы выскальзывают из моих.
Последнее, что вижу, мелькнувший лошадиный хвост в проёме двери.
Санко, всё так же сидит на корточках, пытается остановить кровь. Даже не обращает внимания, что Софа умчалась в темноту.
— Ты не собираешься её остановить? — спрашиваю у Санко, тот в ответ плечам пожимает.
— Пусть что хочет-то и делает, дура бешеная.
Мало я ему врезал. Но сейчас нет времени на разборки с ним.
Иду к ближайшему загону, там кобыла стоит Нана, я на ней пару раз уже скакал. Тороплюсь вывести её, пока ещё след Софы не затерялся.
Сажусь на лошадь, и в этот момент холодный воздух щиплет мою кожу, в голове набатом пульсирует кровь. Вдыхаю свежий прохладный воздух, вглядываюсь в даль. На свежевыпавшем снегу цепочка следов уводит в лес. Снег размеренно хрустит под ногами. Я поправляю поводья, мягко касаюсь боков лошади, направляю её галопом в сторону леса.
Вокруг царит тишина — только редкие звуки. Только луна освещает путь, создавая причудливые тени от стволов деревьев. Я останавливаюсь на мгновение, чтобы ещё раз свериться, что еду в правильном направлении. С каждым шагом лошади я чувствую, как свежий морозный воздух наполняет мои лёгкие. Охлаждает голову и растущую внутри панику.
Внезапно в тишине ночи раздаётся тихий женский вскрик. И мгновенно затихает.
А у меня внутри будто всё обрывается. Это точно был крик Софы. Гоню лошадь что есть сил. И всё равно кажется, что медленно. Ветки хлещут по лицу, царапают кожу, цепляются за одежду.
Деревья обрываются резко, и лошадь вылетает на заснеженную поляну, посреди которой виднеется озеро.
Замечаю Драго. Подъезжаю ближе. Жеребец Софы стоит неподалеку, опустив морду к земле. Его густая грива колышется на холодном ветру, меня охватывает тревога.
В груди нарастает страшное предчувствие. Наверно, когда неслась, решила срезать через озеро, и Драго провалился под лёд. Только он выбраться смог, а Софа, получается, там осталась.