ГЛАВА 3: ШАМАН
Я не искала шамана — мои ноги вели меня сами. После той ночи с Даром, всё во мне пульсировало. Я не могла уснуть. Плоть требовала, разум шумел, как весенний поток. Я услышала пение. Глухое, низкое, древнее. Оно звало меня сквозь сон, сквозь разум, сквозь страх. И я пошла.
Его шатёр стоял особняком — за окраиной лагеря, между корнями старых деревьев. Крыша была сплетена из ветвей, стены украшены шкурами, амулетами, бусами и сухими цветами. Вокруг тлели чаши с дымом — горький, дурманящий аромат сводил мысли с пути.
Я не позвала, не постучала. Я просто вошла. Внутри было темно, как в утробе земли. Только огонь в чаше на полу отбрасывал тени.
Он появился из полумрака, как дух. Высокий, костлявый, но не слабый. Лицо вытянутое, словно высеченное ветром. Глаза — цвета пепла, глубокие, будто в них жили духи. Его тело было покрыто тонкими линиями — татуировки и шрамы, как письмена на коже. На шее — ожерелье из зубов и костей. На пальцах — кольца, на лбу — символ из красной охры.
— Ты пришла, — сказал он. — Я знал. Дым рассказал.
Я не отвечала. Только смотрела. Что-то в нём было пугающе притягательным. Он не был красив, как Каар или Дар, но он был другим — он знал. Всё.
— Ты несёшь чужую энергию. Вкус чужого огня на твоей коже. Стыд. Страсть. Гнев. Желание. Ты хочешь очиститься?
— Да, — прошептала я.
Он кивнул и отступил вглубь шатра. Снял с полки жгут с травами, начал их разжигать. Огонь трещал. Он насыпал порошок в чашу, и воздух стал вязким, сладковатым.
— Сними одежду. Останься с собой. Без прошлого. Без имени.
Я сбросила мехи, осталась обнажённой. Он подошёл ближе. Его пальцы коснулись моего лба, потом шеи. Я чувствовала, как по коже пробегает жар. Его движения были медленны, почти церемониальны. Он водил руками вдоль моей спины, груди, бёдер. Я не отстранялась.
— Духи чувствуют тебя. Они шепчут. Они требуют искренности. Смирения. Полного раскрытия.
Он сел на колени, и я — перед ним. Его рука легла мне на затылок, мягко, как будто в благословении. И я поняла — он ведёт меня. Я чувствовала, как внутри пульсирует не страх, а трепет. Я прикоснулась к нему губами, и он не остановил.
То, что происходило дальше, было не похоже на акт. Это был ритуал. Его дыхание было ровным. Его руки — на моих плечах. Я ощущала, как энергия пронизывает меня. Я не просто ощущала его — я принимала его силу. И вместе с ней — возможность стать другой.
Он не сказал ни слова. Только в конце, когда я откинулась назад, он прошептал:
— Ты теперь видишь. И ты теперь берёшь.
Я оделась молча. Тело всё ещё дрожало, но разум был спокоен, холоден. Я вышла в ночь — и улыбалась. Я больше не чувствовала вины. Я чувствовала власть.
Теперь я знала, как играть. И с кем.
ГЛАВА 4: ПРАЗДНИК МЯСА И МОЛЧАНИЙ
Праздник начался на закате. Огромный костёр пылал в центре лагеря, освещая лица, дым поднимался к небу, смешиваясь с голосами, смехом, звоном чаш и запахом жареного мяса. Племя праздновало удачную охоту и укрепление мира. А ещё — наш брак с Кааром.
Мы сидели с ним во главе длинного стола, обложенного блюдами и амулетами. Его рука лежала на моей талии, притягивая ближе, показывая всем, что я его. Он улыбался редко, но сегодня делал это чаще.
Дар сидел неподалёку — мрачно, как всегда, но его глаза были на мне. Он почти не ел, только пил и жевал сухое мясо. Его взгляд обжигал, как костёр. Шаман был справа от него. Он наблюдал молча, но в его лице была тень — будто он знал, что будет дальше.
Я смеялась, говорила с женщинами, благодарила за подарки. Но внутри меня зрело другое. Я видела — мужчины спорили, кто из них сильнее. А я знала: я могу быть сильнее их всех.
Позднее, когда шум начал стихать, я поднялась со своего места. Каар отвлёкся, разговаривая с одним из старейшин. Я легко выскользнула из-под его руки и пошла к краю лагеря.
К шатру шамана.
Он был внутри. Огонь всё так же играл тенями на его коже. Я вошла молча. Он не удивился. Он ждал.
— Вернулась? — спросил он, подходя ближе. — Твоя душа жаждет большего.
Я молча прикоснулась к его груди. Его пальцы нашли мои, и в следующий миг он снова был во мне — мягко, глубоко, как будто продолжал начатый обряд.
Я была на коленях, когда за моей спиной послышался знакомый хруст. Я обернулась и увидела Дарa. Он не сказал ни слова. Подошёл, расстегнул пояс, и его ладони легли на мои бёдра.
— Ты уверена? — прошептал шаман.
Я посмотрела в глаза Дару и кивнула.
Это было первобытно. Грубая, безумная сцена. Я была между ними — охотником и шаманом. Их тела двигались в ритме, как будто они были двумя половинами одного зверя. И я — его сердце.
Их дыхание, моя кожа, аромат трав и пота. Всё смешалось. Мир исчез. Осталась только ночь и голоса в моей голове.
Но за пределами шатра был ещё один.
Старший стражник Каара, верный пес, шёл сообщить о моём отсутствии. Но он услышал. И увидел. Задержался. Ошибся.
Я вышла первая, всё ещё пылая изнутри. Он стоял в тени. Я встретилась с ним взглядом и не дрогнула.
— Он пытался войти, — сказала я Каару уже через час. — Я отбивалась. Он следил за мной. Хотел...
Я не дала договорить. Слёзы, страх, дрожь — всё было на месте.
Каар вскочил и, не слушая объяснений, отдал приказ. На рассвете стражника казнили. Я стояла в толпе с опущенными глазами.
Позже ко мне пришёл шаман.
— Это — тебе.
Он протянул флягу. — Напиток, затмевающий разум. Мужчина, что пьёт его, становится мягким, внушаемым. Но ты должна быть осторожна. Слишком много — и он забудет даже, кто он.
— Он вспомнит только меня, — прошептала я и прижала флягу к груди.
— Ты начала игру, — сказал шаман. — Теперь не сбежишь.
Я улыбнулась.
На следующий день новым главой стражи стал Дар. Мой человек. Моё оружие.
Племя ещё не знало, что праздновало начало моей власти.