– Вы должны убедиться, что чужак не станет нападать, – произнес он. – При любом исходе, главная задача – обеспечение безопасности первых лиц и ученых проекта. Эля, вы будете на прослушке… В случае негативного развития, мы обеспечим эвакуацию наших гостей.
В сопровождении военных, я преодолела путь до корпуса «Б».
Комната, в которой я должна была говорить с Таем, была до смешного аскетичной – длинный стол, а по обе стороны стулья. Нам придется сидеть в паре метров друг от друга.
Сняв куртку, я отдернула жакет и прочистила горло, готовясь ко встрече, словно какая-нибудь ведущая вечернего ток-шоу. Оно, должно быть, называлось бы: «В постели с пришельцем».
– Все хорошо? – осведомился Шилов, замечая, что я нервничаю. – Ты уверена, что он станет с нами говорить? Мы подвергаем опасности таких людей, Эля…
– Я справлюсь.
– Отлично, – он обошел все помещение и замер у выхода: – Удачи.
Я кисло усмехнулась. В случае с Тайгетом Касаром на удачу не приходится сильно рассчитывать.
Дверь за Шиловым закрылась, и я мысленно досчитала до шестидесяти.
Несмотря на наши вполне однозначные отношения с Таем, я сильно волновалась.
На столе стоял графин и стаканы, и я пару долгих минут просто накачивала себя жидкостью в надежде, что это поможет мне успокоиться.
Следующие пять минут я размышляла, какую именно занять позу – сесть за стол или встать у окна…
Еще две минуты я была занята тем, что решала расстегнуть жакет или оставить его застегнутым.
Когда послышался звук прибывшего вертолета, поняла, что медлить дальше глупо. Мой голос был похож на едва уловимое дыхание, он звучал нараспев, как индийская мантра:
«Тайгет Касар».
Белокурый локон, выпущенный из моей прически, слегка качнулся.
Его шаги – музыка для моих ушей. Первые ноты пятой симфонии Бетховена, исполненные на органе, не способны зародить в душе столько же горького смятения.
Мрак обрел знакомые очертания, заставив меня покрыться сладкими мурашками предвкушения.
Тай не спрашивал меня, какого черта здесь происходит, и почему я выгляжу, словно собралась сдавать экзамен. Его не смутило, пожалуй, наличие военных на улице, боевая техника и «готовность номер один» для всех электромагнитных приборов.
Он принял условия игры.
Меня прошиб ток, когда он – невообразимо небрежный – сел за стол напротив меня. Тай был развязнее, чем гитарист какой-нибудь андеграунд-группы. Чем опрятнее и аккуратнее сегодня были люди, включая меня саму, тем вульгарнее выглядел он. Волосы вились и падали ему на лицо, его губы сохраняли ироничный изгиб. Чертова сережка могла свести с ума толпы человеческих фанаток, если бы он был каким-нибудь поп-идолом. Длинные рукава черного свитера открывали сильные пальцы, покрытые татуировками.
– Ты сегодня просто… – я закусила губу. – Как дела?
Он, как обычно, был соткан злым мраком. Я видела в его янтарных глазах, что единственный ответ на этот вопрос был очень лаконичен: «Хочу снова почувствовать твою кровь на своих губах».
Тайгет Касар – единственный мужчина, чье молчание могло меня убить.
– Ты знаешь игру «Правда или действие»? – я с трудом сохранила спокойствие, ощущая на себе его голодный взгляд. – Я предложу тебе сыграть, но сама сразу начну с правды: сегодня утром я пообещала, что ты поговоришь с кое-какими важными людьми. Это главы государств нашего мира. Я понимаю, что тебе нет до этого никакого дела, но я попрошу тебя сделать это для меня. Просто выслушай их, пожалуйста. Это не займет много времени.
Он положил на стол локти и сцепил замком пальцы – само внимание. Его горячий взгляд все еще резал меня на лоскуты.
– Меня не интересуют люди, помимо тебя, Эля.
В его голосе было столько холода и непререкаемой уверенности, что я не сразу решилась на возражение.
– Это всего лишь минутный разговор.
– Не рационально.
– Ты можешь рассчитывать на любое мое ответное действие. С тебя всего пара фраз… Что-то типа «Мы пришли с миром».
– Это расходится с реальностью, Эля.
Какой же он рациональный!
– Может: «Давайте жить дружно?»
– Наивно.
– А что насчет: «Давайте придем к компромиссу?»
– Не интересно.
– «Пойдем на уступки?»
– Нет.
– «Дадим вам еще один шанс»?
– Нецелесообразно.
– «Сохраним вашу популяцию»?
– Не имеет смысла.
– Тай, – протянула, от отчаяния покусывая губу: – Не находишь, что бесчестно уничтожать целую расу, не пожелав даже выслушать ее представителей?
– Мне достаточно слушать тебя.
Он так упрям – я готова расплакаться! Это не просто фиаско, это самая настоящая катастрофа.