— Если везде, то это надо хорошенько осмотреть. И доказать.
Разговор шумит по-нарастающей. Голос рядом со мной заявляет:
— Внимание!
И раздается удар в колокол. Типа как в гонг.
— Прошу внимания. Итак, сегодняшний лот под названием “Ириска”.
***
Меня прошибает пот. Именно так меня называл парень — Ирочка, Иришка, Ириска.
Но откуда это известно похитителям? Ириской называл меня только он! Больше никто на свете…
Нехорошие мысли лезут в голову, но уверяю себя, что не права. Это со страху так.
В башке невольно всплывает момент, когда Андрей отъехал, а я удивилась, что так далеко. Он сел за руль, хлопнул дверью и зачем-то даже пристегнулся, хотя четко мне сказал, что перепаркуется на пару метров.
Я собралась наехать как он вернется.
Но выехал черный крузак. Я орала на “на помощь”, “помогите”, пиналась, дралась, визжала. Конечно, какое-там с такими амбалами, но я как могла тянула время, Андрей должен был вот-вот прийти.
***
Нет. Это должно быть сон. Страшный ужасный сон.
Я ни за что не поверю… Не дай бог с Андреем что-то случилось.
Нет и нет.
Я не сомневаюсь, что он уже подключил полицию на поиски и они вот-вот сюда придут.
***
– Ириска, - слышу уже без микрофона. Голос чужой, незнакомый. – А почему тебя так прозвали? Клеишься к мужикам?
Кидаю уничижительный взгляд и тут же пугаюсь, хрен знает кто это - на вид лет двадцать, смотрит на меня с явным презрением - ещё бы, среди кучи мужиков я абсолютно голая. А сам то… Сам как индюк - в белой рубашке, при костюме и галстуке со сверкающими камнями.
Тьфу!
Все смотрит на меня, в глазах столько говна, сколько на всем белом свете нет.
– Обидчивую не строй, рожу попроще сделай, – выжигает меня взглядом. Урод. – Не то за красивую жопу тебя выкупят, а за такой фейс убьют.
Сглатываю.
Меня будут покупать.
Как вещь. Как резиновую куклу, как игрушку для члена, чтобы поиграться, а потом…
Борюсь с тем, что его хочется убить. Спрашиваю:
– Меня… убьют?
– Если будешь с такой рожей – то да.
Желудок подскакивает к горлу, страх вызывает мерзкую тошноту. Закашливаюсь, кто-то не рассчитывая силы мне типа как помогает — ударяет меня по спине. Лечу, натыкаюсь на стену, удерживаюсь, в позывах тошноты сгибаюсь…
Голос этого индюка, только уже в микрофон:
– Дорогие друзья, все готово для демонстрации. С нетерпением… с большим нетерпением приглашаем вас занять места. Лот уже подготовлен, сейчас вы все увидите.
Гонг бьёт второй раз.
Озираюсь, с ужасом вижу темного цвета постамент. Трое мужчин в простых одеждах проверяют как он крутится, один другому “она весит кил пятьдесят, не больше, а к следующей уже поправим”.
“Да тут все дело в пульте”.
“Если чё – Беноци сам ее повернет. Чай, не шоколадная, жопой покрутит”.
“ Нет, все должно быть как надо. Облажаться щас никак нельзя, эта сука – дорогой товар”.
Все трое посмотрели на меня.
Глаза привыкли к темноте и я отчётливо вижу, что стою за возвышением чуть больше своего роста, а дальше – пустая площадка с этим гребаным постаментом.
– Да, сучка хороша.
– И это ты только рожу видишь, – говорит с хохотом. Обсуждают меня не стесняясь.
– Чё, думаешь жопа раком ещё краше?
Кивает в мою сторону и причмокивает:
– Такую задницу тут быстро на части разорвут.
Кровь от лица отливает и я становлюсь, наверное, белая как мел. Голова начинает кружится, не хватает воздуха, сердце бьётся часто, стучит в ушах, зубах…
Словно моим сердцем стучит весь мир.
***
Третий удар в гонг и голос расфуфыренного ведущего:
– Итак, джентльмены, начинаем!
Гулкая барабанная дробь, мелкая, от которой испуганное сердце ещё больше заходится.
Огромный качок в черной майке и кожаных брюках встаёт рядом, даже на меня не смотрит, словно я вещь, которую каждый раз подменяют на новую. Держит в руках белые латексные перчатки, кладет в карман.
– Ириска, – ведущий делает праздничную интонацию. Качок вынимает перчатки, надевает, берет меня за локоть, совершенно не сжимая, зная, что я никуда не убегу.
Некуда бежать
Ведёт за собой. На пустое место, типа как лобное. В ужасе смотрю в пол, вижу только яркую вспышку в отдалении.
– Вот она! – ведущий оглушает мерзким голосом.
Постамент чуть выше стола. Меня подводят. Ставят к нему боком, лицом к темному залу. В глаза бьёт яркий софит, ничего не вижу. Только темнота вокруг.
– Делайте ваши ставки, – он продолжает игриво, – да-да, я понимаю, ещё очень рано.
Звон, будто монетка упала в игре, компьютерный громкий звук.
– Первая ставка принята. Тааак, вы все видите на экране.