— Сейчас я пришлю служанок, миледи. Можете одеваться спокойно, я не стану тревожить вас… — он усмехнулся, видя, как девушка отвела взгляд и порозовела, и покинул комнату.
Пусть в соответствии со старинной приметой его величество и предпочёл ночевать в шатре, но завтракать он непременно придёт в замок. Именно поэтому лорд Эндрю и пожелал встать пораньше и проверить, будет ли в его доме достойная еда для короля. Всё же подарок, вручённый его величеством, хоть и имел некоторые сомнительные детали вроде навязанной жены, но был по-королевски роскошен. За это следовало отблагодарить.
В трапезной слуги торопливо убирали следы вчерашнего пиршества. В торце стола сидела миледи Блаунт и лично наблюдала за происходящим.
«Всё же с тёщей мне повезло. Опытная хозяйка в доме — большая ценность. Если вспомнить, как мы жили дома, пока отец не привёз из города мисс Леону… Не хотелось бы мне по возвращении найти замок и хозяйство в полном упадке. А тут, похоже, всё будет идти так, как нужно».
Увидев нового хозяина, миледи встала ему навстречу и отвесила изысканный поклон:
— Доброе утро, милорд Грегори. Надеюсь, вы довольны тем, как вчера прошёл пир?
— Да, миледи Блаунт. Я благодарен вам, что всё сложилось так хорошо.
Эндрю сел рядом с тёщей, ожидая, что сейчас женщина заведёт с ним разговор о деньгах, которые он обещал оставить ей на хозяйство. С его точки зрения, сейчас было самое время обсудить детали и решить, какая сумма требуется. Вот только разговор миледи Блаунт завела совсем не о том. К удивлению милорда Грегори, с сожалением в голосе она начла жаловаться на собственную дочь!
Эндрю с каменным лицом слушал причитания тёщи о том, что его жена глупа и ленива, что ничего не смыслит в хозяйственных заботах и не умеет правильно хранить продукты.
— Покойный муж мой слишком любил и баловал дочку, и теперь мне стыдно признаться вам, милорд Грегори, что бестолковее девицы я ещё не видела. Я благодарна его величеству и вам за то, что нас не изгнали из замка, и приложу все силы, чтобы обучить вашу жену, милорд, хоть чему-нибудь полезному.
Лорд чуть нахмурился, но промолчал, и миледи Блаунт с удовольствием подумала: «У тебя не будет выбора! Тебе придётся оставить хозяйство на меня, а уж я постараюсь не упустить своего!»
После смерти мужа и захвата замка у миледи было несколько путей. Например, можно было вымолить у короля положенную ей вдовью долю. На волне прекрасного настроения от быстрой победы Генрих захотел бы проявить великодушие к благородной даме и, скорее всего, позволил бы миледи жить на своей земле.
Можно было бы незаметно бежать из замка и отправиться к кому-либо из соседей: миледи всегда была запаслива и предусмотрительна, а как «несчастную беглянку» её бы спокойно приняли в любом из соседских домов. А когда война затихнет, на спрятанные деньги можно было бы приобрести себе небольшую деревеньку и жить там хозяйкой, позволяя себе и вкусную еду, и хорошую одежду.
Можно было бы остаться и в замке, а чуть позднее выклянчить у милорда Грегори свои же земли и, опять же, отправиться туда и забыть предыдущую жизнь, как страшный сон.
Однако миледи решила идти другим путём и даже самой себе не хотела признаться, что ненавистью её движет вовсе не гибель собственного сына, а именно то, что Сандра осталась хозяйкой в её, миледи Блаунт, собственном замке и теперь станет распоряжаться здесь всем! Да не бывать такому!
Миледи прекрасно помнила древнюю пословицу: капля камень точит. И собиралась стать именно той самой каплей.
Миледи Блаунт извинилась перед Эндрю:
— Простите, милорд Грегори, что покидаю вас, но мне нужно пойти и отдать распоряжения на кухне.
Глядя, как нарядно одетая вдовствующая баронесса скользит по каменным пиитам к выходу, Эндрю растерянно думал: «Может, она действительно такая бестолковая, раз уж собственная мать говорит об том? Может быть, именно в лени и заключается причина, по которой миледи недолюбливает дочь? Конечно, Дилан ещё не скоро отойдёт от раны, и его придётся оставить здесь, уж он-то присмотрит за хозяйством. Но ведь Дилан тоже не умеет запасать продукты на зиму и хранить их до самой весны… Не-е-ет… Отец правильно говорил, что в доме должна быть хозяйка! Женщины всегда лучше разбираются в этаких штучках и следят, чтобы дров и еды хватало, чтобы слуги не воровали, но и не голодали, ну и за всяким прочим… Получается, мне нужно просить миледи Блаунт, чтобы она занималась хозяйством до тех пор, пока я не вернусь? Ну, и намекнуть ей, что мою жену надобно хорошо учить...»