Ближе к вечеру мою комнату наконец-то домыли, и я решила не бегать по замку, а сесть и составить нормальный план действий. В любом случае всё сразу я не вспомню и не соображу, а многого ещё просто не знаю, а потому лучше составить список на бумаге и вносить туда дополнения по мере появления очередных проблем. В целом, я понимала, что в первую очередь нужно озаботиться ревизией подвалов и понять, дотянем ли мы до нового урожая. Но я не знала ни местных цен, ни ассортимента рынка, одним словом — толком ничего.
Комната встретила меня ещё слегка влажными после мытья полами. Каменные плиты местами были темнее цветом, чем соседние: ещё не высохли. Но огонь в камине был разожжён, и оттуда веяло теплом. Камин вообще придавал этой комнате, потерявшей часть убранства, жилой и уютный вид.
Больше всего меня радовало, что сегодня выкинули на солнце, просушили и хорошенько выбили матрас и подушки. Матрас, конечно, придётся поменять со временем, но по крайней мере части пыли он лишился. Не успев порадоваться чистому белью, я сообразила, что пододеяльник так и не появился. Похоже, местный мир ещё не дошёл до этой идеи, так как и в апартаментах лорда Грегори, и даже на постели миледи Блаунт пододеяльники тоже отсутствовали. Укрываться вытертым шерстяным пледом — удовольствие ниже среднего, потому я попросила Бетти:
— Приведи, пожалуйста, швей и захвати Дебру. Они мне нужны прямо сейчас.
Служанка ушла. А я начала соображать, где мне устроиться с бумагами. И почти сразу сообразила, что у меня нет ни бумаги, ни чернил. Досадливо вздохнула, но подумала, что, возможно, они найдутся в бывшем жилище барона. А пока села за стол и приняла задумчивый вид: размышляла о том, из чего сделать новое тёплое одеяло.
Бетти не было минут десять: всё же замок достаточно велик, и, похоже, швеи располагаются где-то далеко. Может быть — в другой башне. Когда они вошли в комнату, я с минуту рассматривала их, пытаясь понять, кто из двух этих женщин — старшая. Но обе швеи были похожи как сёстры-близнецы. В возрасте около сорока, с мелкими морщинками в уголках глаз, чуть ссутуленные и полноватые. Отличие было заметно, только когда женщины разговаривали: у одной из них с левой стороны отсутствовал верхний зуб, и этот тёмный прямоугольничек притягивал к себе взгляд.
Видимо, ни одна из них не считалась старшей по должности. Зато обе неплохо разбирались в запасах тканей, что хранились в замке. Даже говорили Эва и Кэтрин по очереди, как будто подчёркивая, что у них равноправие.
— …и там, в кладовой, у миледи Блаунт ткани сложены, — это говорила Кэтрин — та, что без зуба.
— Ключи у кого хранятся?
— Ключи завсегда у самой хозяйки были, миледи Сандра. И ткани она завсегда лично отмеряла, — ответила Эва.
Дебра же, как ни странно, в разговоре участия не принимала, стоя за спинами швей со скучающим лицом. Вполне возможно, она знать не знала о том, какие запасы хранятся у миледи. Все же она занималась вышивками и украшением одежды. Нужно бы уточнить, что она еще умеет.
Немножко неловко было то, что во время разговора я сидела, а женщины, которые были минимум в два раза старше меня, стояли. Однако у меня хватило ума не предлагать им сесть. По местным меркам это было бы серьёзное нарушение субординации. Так что я вздохнула и просто сообщила:
— Мне требуется новое одеяло. Из чего его лучше сделать? — вопрос я задала как бы в воздух. Пусть сами решают, кто будет отвечать.
Швеи переглянулись, и Кэтрин неуверенно уточнила:
— Для кого одеяло, госпожа?
— Для меня.
— Ежли для вас, миледи Сандра, то можно шерсти мытой начесать. А ежли пожелаете — можно и гусиного пуха прикупить и из него состегать. Самое наилучшее выйдет и прослужит долго.
— Из гусиного-то оно хоть и дороже, а всяко теплее и удобнее для благородной дамы, — дополнила слова Эвы Кэтрин.
— Дебра, ты что скажешь?
Женщина недоумённо пожала плечами:
— Ежли миледи угодно, так простегать и я могу. Дело-то знакомое.
— Я спрашиваю, Дебра, какое лучше сделать?
— Наилучшее, миледи Сандра, это ежли из гусиного пуха да с частой стёжкой. Чтобы не просто квадратиками разбить, а чтоб по всему одеялу рисунок красивый простегать. Оно и снаружи благороднее смотрится, и пух внутри в одно место не сбивается, а потому оченно они тёплые выходят. Сестре моей старшей матушка в приданое такое вот справила, так сестра уже померла, а одеяло ейной старшей дочери в приданое пошло.