Горничная недоуменно развела руками:
— Ну как жешь! Ить на весенний-то сев!
— Бетти, у меня после болезни память полностью не восстановилась. Ты уж, будь добра, поясни поподробнее.
Существовал достаточно древний обычай, который свято соблюдался в замке как минимум последние лет сорок-пятьдесят. Ранней весной хозяйка замка отправляла людей в две деревни, у которых были самые обширные пахотные земли. Старосты выбирали, в какой день будет праздник, и в этот день хозяйка замка приезжала в деревню ещё затемно, с особыми дарами. Она шла первой по полю и кидала зерно в борозду.
Это была такая своеобразная местная традиция, которая, по поверьям, должна была вознаградить крестьян хорошим урожаем. Ведь сеяла-то не простая женщина, а сама хозяйка! После этого баронесса подавала собравшимся селянам — каждому из них — по небольшой булочке, испечённой в замке, и вроде как благословляла пахоту для всех остальных. Обычай не церковный, скорее — что-то народное, из древних верований. Но относились у к этому обряду достаточно серьёзно, а ночные заморозки уже совсем закончились, и пахать нужно было вот-вот.
— Надо послать кого-то в деревню, Бетти, и узнать...
— Так, миледи, энтот год ить не послали никого, так утром сегодня старосты самолично присылали мужиков, чтобы, значицца, узнать, как оно таперича станет. Утром ить миледи Блаунт самолично с ими и разговаривала… — глядя куда-то в сторону, сообщила Бетти.
— Ах, миледи Блаунт?! Что ж, пойдём к ней и спросим. Следуй за мной.
Глава 40
Разговор с миледи Блаунт вышел не самый приятный. Она мне улыбалась…
Похоже, ей доставляли удовольствие ощущение собственной значимости и понимание, что она меня подставила:
— Да, пахотный день назначен на завтра! Ах, ты не успеешь испечь хлеба?! Что ж, сочувствую твоей нерасторопности… Жаль, что в моём замке появилась такая бестолковая хозяйка.
— Но вы могли мне сказать хотя бы утром, миледи Блаунт.
— Могла… но не захотела.
Бетти сопела за моей спиной, а я стояла перед торжествующей мадам и понимала, что подставила она меня гораздо крупнее, чем я подумала вначале. Завтра в одном из сёл с утра крестьяне будут стоять и ждать не просто свои подарочки, а возможность начать сев по правилам. Совершить ритуал, который для них очень важен! А я... я не приеду, так как выпечка хлебов — это отдельный, достаточно долгий процесс, и, скорее всего, к утру просто не успеют испечь то, что мне нужно, а главное — столько, сколько нужно.
Дрожжевое тесто подходит долго, и, чтобы хлеб был хорошего качества, его нужно пару раз обминать после подъёма. То есть к утру его ещё только засунут в печку, а мне необходимо быть на полях до рассвета. Я посмотрела на ехидно улыбающуюся мадам и вышла из её комнаты, не говоря больше ни слова. Понятно, что раскаиваться миледи не будет, и сделала она это намеренно, не собираясь ехать сама и норовя показать меня в глазах крестьян фиговой хозяйкой. А если ещё, не дай бог, урожай будет слабенький, то и вовсе я останусь в глазах селян виноватой во всём на свете.
— Это ж как оно теперь будет? Ить селяне-то волноваться начнут… — осторожно спросила из-за спины Бетти.
Отвечать я ей ничего не стала, ибо в голове у меня со злости вертелась только одна пословица с совершенно неприличным содержанием про ту самую хитрую …опу, на которую есть управа с винтом. Всё же баронессе и хозяйке замка не пристало так выражаться.
Разговор на кухне порадовал меня мало. Тётка Валта смотрела с недоумением и неторопливо поясняла:
— Опару поставить, да вымесить как следует, как подойдёт в первый раз, да второй раз вымесить… Никак, миледи Сандра, ранее полудня не успеем мы. Ежли бы вы мне с утра сказали — от уж к утру бы и получили. А ежли сейчас начать, то по-любому после полудня.
В общем-то, я это знала и сама, но понадеялась на какую-нибудь кулинарную хитрость, мне неизвестную.
— Скажи мне, Валта, хлебцы из ржаной муки пекли? И размера они какого выходили? И сколько штук делать?
Кухарка тяжко вздохнула и принялась пояснять:
— Муку брали ржаную, а чтобы хлебцы поскуснее были — пятую часть пшеничной добавляли. Размером — от такие… — она отмерила две трети своей ладони. — Штуки ваши я знать не знаю, а на кажную деревню по четыре больших плетёных корзины пекли. Хлебы-то раздают только взрослым, кто в пахоте будет. А уж они семьям своим спробовать дают сами.
В общем-то, даже особого выбора у меня не было:
— Что ж, раз не получается сделать такие, как надо, давай испечём что-нибудь получше…
Сода на кухне была. И хотя пользовались ею редко, потому что почти всё хлебобулочное пеклось на дрожжах, но сколько её нужно на быстрое тесто, тётка Валта представляла.