Агата не утерпела и прямо в коляске развязала часть узлов на ткани, заглядывая внутрь.
— И мой синтайский шёлк… и вот, смотри, Эмма! — она вытянула небольшой клубок тонкой шерстяной нити, крашеной в ярко-жёлтый, очень вкусный цвет. — Крашеная шерсть из Лайна!
Аккуратно завязывая узлы на своём сокровище, Агата подняла на меня глаза, полные слёз, и негромко сказала:
— Дай вам бог здоровья, миледи Сандра.
Примерно через неделю в замок привезли вещи, которые я заказывала в городе, и ещё через два дня я пригласила Агату и Эмму в ту комнату, которую выбрала под мастерскую. С этого дня у миледи Блаунт, моей местной матери, появился серьёзный повод для обид.
Глава 54
Хлопоты по хозяйству начинались рано утром и продолжались в течение всего дня, но ближе к вечеру, незадолго до ужина, я звала с собой Рыжа и шла в комнату для рукоделия. Окна в выбранной мной комнате выходили на запад, и до позднего вечера в них било солнце. Особенно важно это будет зимой, но и сейчас, когда я, Агата и Эмма садились за работу, свет был достаточно ярким.
Комнату привели в порядок, из города прислали достаточно удобные стулья — я не стала экономить на мебели. Большой стол тщательно отшлифовали и отполировали, покрыв маслом и дав ему впитаться. Теперь на светлой янтарно-жёлтой поверхности хорошо было видно любые мелкие детали: разложенные по цветам нитки, иглы, крючки и прочее.
Миледи Агата действительно оказалась искусной вышивальщицей и начала достаточно интересную работу: вышивку суконного плаща яркими шерстяными нитками. Эмма предпочла вязать крючком и сейчас отделывала тонкой кружевной лентой одну из собственных блузок, ну а я, как самая «безрукая», занялась вязанием шерстяных носков. Это дело не требовало ни особого умения, ни таланта, но занимало руки и давало возможность поговорить и обсудить все дела замка.
В целом получилась довольно сложная ситуация: все благородные женщины замка собирались рукодельничать и болтать, а вот миледи Блаунт на эти сборища я не приглашала. Проходили эти вечера достаточно уютно. Мы работали часа полтора-два до ужина, потом той же дружной компанией отправлялись есть и возвращались уже в сумерках, чтобы перед сном поработать и посплетничать ещё часок-полтора.
Море удовольствия доставлял нам Рыж. Конечно, иногда он дрых в самом неудобном месте, растянувшись или на кучке ниток, или прямо по центру стола, куда падалили лучи заходящего солнца. Но очень часто случалось так, что спать он не желал и находился в игривом настроении. В такие дни работа часто прерывалась смехом и бесконечными попытками отобрать у него то мой клубок с шерстью, то шёлковый моточек миледи Агаты.
Когда я устраивала эту комнату, то не думала о том, насколько обидно и неприятно будет миледи Блаунт оказаться вне этого маленького социума. Её общение сейчас и так было ограничено той самой горничной, которую она себе выбрала. Как ни крути, горничная не была с ней равна по статусу, и получалось, что миледи даже не с кем просто поговорить о каких-нибудь пустяках. Дамскую комнату я устроила вовсе не на зло ей. Честно говоря, я просто не думала в этот момент о миледи. И, как выяснилось, зря не думала.
Капитан Трюйе попросил у меня аудиенции однажды вечером, прямо во время ужина. Я согласилась, хотя и не слишком поняла, зачем ему это нужно. Подумала, что он желает покупки какого-нибудь оружия или имеет иную просьбу, связанную с лишней рубахой или чем-то похожим. Принимать его наедине я не рискнула, это показалось мне неловким, а потому попросила миледи Агату поприсутствовать рядом во время нашей беседы. Так что в этот раз после ужина мы отправились в мои апартаменты.
Капитан подошёл туда буквально минут через десять и, покосившись на Агату, задал странный вопрос:
— Миледи Сандра, вы отправляли своему мужу какие-нибудь письма?
— Нет, капитан. А в чём дело?
— Милорд Грегори оставил меня здесь, чтобы я обеспечивал вашу охрану. Так что моё положение в казарме немножко особенное. Но всё же, миледи, я живу здесь уже не первый месяц и хорошо вижу как распорядок дня солдат, так и все нестыковки и отклонения от заведённого порядка. Недавно, буквально дней пять назад, по просьбе миледи Блаунт в столицу отправился гонец. Я не обратил бы на это особого внимания, миледи Сандра, если бы сегодня не стал готовиться в дорогу второй солдат. Может быть, вы сочтёте, что я лезу не в своё дело, но Арчи должен отвезти письмо вашему мужу.
Доложившись, капитан замолчал, глядя на меня, а я растерянно обдумывала, как отнестись к этой новости. Миледи Блаунт пишет Эндрю? А что именно она ему пишет? Что за срочная новость появилась за эти три дня?