— Милорд, надо садиться, иначе ужин остынет, а ещё на нас смотрят слуги, — и не стала обращать внимания на едва заметно нахмурившиеся брови.
Лорд сел во главе стола, я заняла своё место, с удовольствием подумав о том, что место миледи Блаунт останется пустым. Никто не будет пытаться за мой счёт показать себя прекрасной хозяйкой, а потому мы сможем разговаривать с Эндрю спокойно.
Однако вскоре выяснилось, что я недооценила крепость мужской дружбы! Мы только приступили к трапезе, и Эндрю с удивлением рассматривал непривычно жидкий ему суп в собственной тарелке, а я поясняла, что, если он хочет получить блюдо погуще, достаточно сыпнуть туда горсть румяных сухариков — они стояли на столе в отдельной большой миске. Зашёл лакей и объявил:
— Сэр Дилан к его милости Грегори!
Эта излишняя помпезность вызвала у меня улыбку, но Дилан вошёл как гость, поклонился сидящему на главном месте Эндрю и обратился к нему не как к другу, а как к собственному лорду! И вот вроде бы я понимала, что это делается для присутствующих здесь слуг и офицеров, но всё равно этот подчёркнуто торжественный обряд казался мне нелепым. Похоже, мой муж разделял это мнение, так как вышел из-за стола, спустился с подиума и крепко обнял Дилана.
Пару минут мужчины дружелюбно хлопали друг друга по спине, а потом Эндрю, обнимая Дилана за плечи, повёл его к столу и усадил на то самое пустое место, которое осталось после миледи Блаунт.
И дальше я с удивлением поняла, что эти двое действительно скучали друг без друга. Нет, первое время и сэр Дилан, и мой муж вежливо пытались вовлекать в беседу и меня. Дилан хвалил мои хозяйственные способности и хвастался тем, что в следующем году мы сможем завести гусей. А Эндрю важно кивал, слушая эти рассказы. Муж одобрил и повешение бургомистра, и то, что Дилан пока взял город на себя, и даже, на мгновение сев полубоком и развернувшись ко мне, сказал:
— Сандра, я благодарен тебе за старания и за то, что в замке всё идёт гладко. Обещаю, я не обижу тебя подарками!
Но после этой прочувствованной речи разговор мужчин съехал на какие-то военные детали, на обсуждение боя, в котором Эндрю получил ранение, на рассказ милорда о том, как сложно сейчас жить в Лаунтане и как там всё дорого, а дальше и вообще скатился к воспоминаниям об их юношеских выходках.
Глава 59
Надо сказать, что всё это время за спинкой стула Эндрю стоял лакей, который выполнял должность виночерпия. И он так ловко подливал вино в кубки милорда и сэра Дилана, что уже минут через сорок у мужчин достаточно отчётливо покраснели лица.
Отметив про себя, что с этим обычаем нужно что-то делать, я ещё минут тридцать наблюдала, как эти два голубчика напиваются. Затем, решив, что здесь слишком много ушей, милорд Эндрю приказал:
— Кувшин вина в мои апартаменты, Пит… Дилан, пойдём, я должен рассказать тебе ещё кое-что.
Вина за нижний стол подали значительно меньше, только на приветственный тост. Возможно, офицеры и капралы, а также и старшие слуги, рассчитывали на то, что в честь приезда лорда будет серьёзная пьянка. Поэтому сейчас они с унылыми лицами наблюдали, как лорд и бургомистр выходят из трапезной, явно не нуждаясь больше ни в чьём обществе. А мне оставалось только сожалеть, что я не додумалась ограничить количество спиртного за верхним столом. Всё же до сих пор мой муж производил впечатление серьёзного парня, но, похоже, сегодня он решил оторваться.
Что ж, значит, все разговоры и дела придётся отложить на завтра. Что-то мне слабо верилось, что, посидев ещё часок-другой с Диланом, Эндрю сможет здраво рассуждать. Так что я вернулась в комнату, аккуратно сдвинула Рыжа на вторую подушку и спокойно легла спать: дверь в апартаменты я заперла, так как не желала терпеть никаких пьяных глупостей. Впрочем, их и не было.
Как я узнала уже утром, бургомистр и лорд изволили бухать почти до полуночи, и лакеям пришлось раскладывать по кроватям бесчувственные тела. Но эти сведения я получила от Бетти уже на следующий день и к моменту пробуждения лорда и владельца замка «Лисья нора» наметила план предстоящей беседы, а также позаботилась о том, чтобы она вообще могла состояться.
В последнее время, когда Эмма начала плотно заниматься кухней, там появилось небольшое новшество: «вечно горячая кастрюля с бульоном». Ставили это блюдо готовиться с вечера. В огромный бак скидывали свежие кости с хорошо снятым мясом, куски кожи, всевозможные крылышки и горлышки от птицы и всё, что имело хоть какое-то отношение к бульону. Содержимое заливалось чистой водой и медленно томилось на краю плиты, отдавая жидкости коллагены, минералы и всё полезное, что находилось в них.