«Думай! — приказала Энджи сама себе. — Шевели мозгами, а не то погибнешь. Не смей паниковать. Сейчас решается, жить тебе или умереть, сейчас любая ошибка может убить».
Задерживаться здесь нельзя. Даже без медведя остается Чед. Робкий Чед, который у нее на глазах убил человека и уже пытался убить ее саму. Барибал может куда-нибудь убрести, но Крагмэн наверняка вернется. Ему придется вернуться.
Значит, нужно уходить. Нужно пешком спуститься с горы, ночью, в страшную грозу — самую страшную из всех гроз в ее жизни. Да, может ударить молния, но лучше попасть под молнию, чем медведю в лапы. Этот лживый ублюдок Чед забрал всех лошадей — наверное, надеялся, что хищник избавит его от хлопот, покончив с нею. К тому времени как барибал бросит останки Дэвиса, можно ли будет по ним установить, что мужчина застрелен, а не убит медведем? Да и станут ли проводить какое-то расследование при столь явных следах нападения барибала, уже второго нападения? Скорее всего, если она окажется третьей жертвой… людоеда пристрелят и на том успокоятся, а настоящий убийца останется гулять на свободе.
Будь она проклята, если такое допустит.
Ей нужны вещи из палатки. Инстинкт кричал: беги, беги отсюда со всех ног! Но разум подсказывал, что понадобятся вода и пища, и одежда, чтобы согреться, и действующее оружие. Все это было в палатке.
Держась близи деревьев, двигаясь в темноте между вспышками молний и замирая каждый раз, когда небо озарялось светом, Энджи добралась до своей палатки. Она промокла насквозь, спортивные штаны, словно губка, пропитались влагой и отяжелели, чуть не сползая с бедер. Волосы облепили голову, тепло ощутимо утекало из тела. К тому времени как она ввалилась внутрь, Энджи уже так трясло, что стоять неподвижно было нереально — чертовски хорошо, что у медведей не слишком хорошее зрение.
Ладно, что нужно брать? Седельную сумку. Сухая одежда в сумке сухой и останется. Непромокаемый плащ. Все, что на ней, хоть отжимай, но плащ не даст вконец замерзнуть, а если повезет найти, где укрыться, то защитит от дождя и ветра. Пистолет. Медведя пистолет, может, и не остановит, но уж точно остановит Чеда Крагмэна, да и того же медведя по крайней мере болезненно озадачит.
Что еще? Еда. Энджи сунула в сумку несколько энергетических батончиков. И вода. Одна бутылка — не так уж много, но вода тяжелая, а нагружаться не хочется. Фонарик.
Мелькнула мысль по-быстрому переодеться из мокрых штанов в джинсы, но джинсы мигом промокнут и станут ничем не лучше. Энджи торопливо напихала в сумку какую-то одежду, добавила несколько коробок с патронами — сколько бы они не весили, патроны никогда не лишние — и застегнула ремешки. Затем натянула плащ поверх мокрой куртки, сунула ружье в чехол и пристроила его на плечо.
Потом откинула полог палатки и шагнула навстречу ночи.
Она все еще не бежала. Нужно установить дистанцию между ней и медведем, между ней и Чедом, и лучше всего это сделать осторожно, без спешки. Фонарик включать нельзя, поэтому каждый шаг необходимо выверять.
Энджи беспрестанно размышляла. Оба убийцы, от которых она спасается, подпадают под категорию «Какого черта?», но сейчас непозволительная роскошь ломать голову над вопросами из серии кто, что, когда, как и почему, сейчас главное — поскорее убраться отсюда. Нужно сосредоточиться на ходьбе, на том, чтобы держаться с подветренной стороны от барибала, на том, чтобы по голове не ударила падающая ветка или молния. Насущных поводов для раздумий более чем достаточно. Анализ произошедшего подождет.
До ранчо Латтимора еще идти и идти, но как только Чед узнает, что Энджи не в лагере, наверняка поймет, куда она направляется. Нужно продолжать двигаться — прочь от кровавой бойни, прочь от всего, чему она стала свидетельницей. Осторожность важнее скорости… но, черт возьми, надо бы поторопиться. Ее так и подмывало ускорить шаг, но Энджи не поддавалась соблазну. Бежать часами невозможно, и лучше не пытаться разогнаться в темноте на скользкой грязи.
Лагерь Дэйра Кэллахана был ближе, чем ранчо Латтимора, гораздо ближе, но ей нужно не просто пристанище, а помощь. К тому же дом наверняка надежно заперт, и, даже если удастся найти его в темноте, пробраться внутрь не получится. Сделав ставку на призрачный шанс укрыться на базе Дэйра, она потеряет драгоценное время и никакой помощи не получит. А дорога каждая минута, потому что за ней будет гнаться Чед.
Если б не ненастье, Энджи остановилась бы послушать, нет ли погони — медвежьей или человечьей, — но гроза заглушала прочие звуки. Дождь не просто лил, а барабанил по всем поверхностям. Завывал ветер. Одно хорошо — если Энджи не слышит преследователей, значит, и они ее не слышат. Непогода мешала продвигаться, сбивала с ног, но она же защищала беглянку, надежно укрывая ее в своем свирепом сердце.