Поэтому Энджи оставалось либо лежать, наслаждаясь ощущением упирающегося в нее возбужденного члена, пусть даже не она вызвала такую реакцию, либо небрежно сместиться, как бы ничего не заметив, и притвориться, мол, только проснулась.
— Да ладно, не обращай внимания, — рыкнул Дэйр. — Я всего лишь парень, который уткнулся в тебя стояком, а не кто-то там, кому непременно нужно отвечать.
От этих слов все добрые намерения Энджи пошли прахом, потому что никто не умел завести ее так, как Дэйр Кэллахан.
— Так вот что это было? — проворковала она. — А я-то гадала, откуда у тебя тюбик с губной помадой.
Он издал приглушенный звук, который можно было бы принять за хохот, умей Дэйр смеяться. На ее плечо легла большая ладонь, и Дэйр осторожно перевернул Энджи на спину, одновременно приподнимаясь на локоть. И прежде, чем до нее дошло, что он собирается делать, Дэйр схватил ее руку и прижал к объемному твердому бугру в своих джинсах.
— Ни хрена ж себе губная помада, — бросил он, слегка приподняв уголок губ. Кажется, этот мужчина и вправду умел смеяться.
Энджи застыла, шокированная его поступком, из головы вылетели все мысли: внезапно она оказалась на такой неизведанной территории, что не удавалось сообразить не то что куда идти, а даже как она здесь оказалась. Энджи покраснела как подросток и отдернула руку, лепеча:
— Ч-что ты делаешь?
Боже, неужели он решил, что она флиртует? Энджи вообще не умела флиртовать. Никогда не понимала, как это делается, поэтому даже и не пыталась.
— Исправляю ошибочное представление, — ответил он, как будто ее вопрос действительно требовал ответа. — Даже два, если уж на то пошло.
Не будь Энджи настолько выбита из колеи, то и реагировать бы не стала и не дала бы волю любопытству.
— Два? — выпалила она, полностью выведенная из равновесия, и чуть не ударилась в панику от того, с какой бешеной скоростью менялась ситуация.
— Про первое ты и сама можешь сообразить. — Дэйр по-настоящему улыбнулся, отчего уголки ярко-голубых глаз слегка прищурились, и если бы Энджи стояла, то у нее бы уже наверное коленки подкосились. «Господи, спасибо тебе за то, что он не так часто улыбается, — ахнула она про себя. — Эффект просто сногсшибательный». — Про второе я тебе попозже расскажу.
— Почему не сейчас? — Черт побери! Да что это с ней такое? Почему нельзя просто отступиться, захлопнуть рот и закрыть тему? Дэйр Кэллахан только что положил ее руку на свой член, и пора перестать думать об этом мужчине, отстраниться от мыслей о случившемся и вообще притвориться, что ничего не было. Она помахала рукой, будто стирая собственные слова. — Забудь. Неважно.
— Кому как, но это подождет. — Он зевнул и сел, затем наклонил голову влево-вправо, потянулся и пошевелил плечами, скривившись, когда захрустели суставы. Должно быть, ему стоило невероятных усилий донести ее сюда, виновато подумала Энджи. Она благодарила его, но никакими словами не вознаградишь за все, что он сделал.
— Тебе опять надо на улицу? — поинтересовался Дэйр, покрутив головой влево-вправо, отчего в шее снова что-то щелкнуло.
— Нет, я в порядке. — Энджи беспомощно развела руками. — Прости.
— За что?
— Я чуть инвалидом тебя не сделала. Ты хрустишь как картофельные чипсы.
— Хрущу, трещу и щелкаю? Дьявол, да у меня каждое утро так, когда встаю.
— Я наверняка усугубила дело.
— Тяжелее всего было из-за грязи. Тащить кого-то в сознании не так уж трудно. А вот мертвый вес — та еще зараза, — заметил он с небрежностью человека, хорошо знакомого с переноской мертвых тел, потом вскочил на ноги так легко, словно у него вовсе не болели мышцы. — Умираю с голоду. Есть пожелания на ужин? С едой порядок. Я всегда держу здесь небольшой запас, плюс привез с собой еще, когда приехал. У нас есть вяленое мясо или энергетические батончики, если хочешь легкий вариант, или можно согреть воды и приготовить суп или жаркое…
— Жаркое, — отозвалась Энджи, присаживаясь. От одной только мысли у нее потекли слюнки. Ужасно хотелось есть, что неудивительно, учитывая, сколько калорий они оба потеряли в эту ночь, проглотив за последние сутки лишь по стакану сиропа и батончику. — Могу я чем-то помочь?
— Разложи по местам все, до чего сможешь дотянуться, — ответил он. — Я тут утром, вроде как, беспорядок оставил.
Энджи была до абсурда благодарна, что он не отмахнулся от помощи. Она, конечно, не слишком мобильна и немногое может сделать, но зато вполне в состоянии поползать по маленькой комнатке и собрать разбросанную как попало перепачканную мокрую одежду. Грязные ботинки валялись там же, где их оставили, ее покрытое коркой грязи ружье и чехол от него примостились в углу, но ружье Дэйра лежало в зоне досягаемости. На полу остались кружки, а также обертки от батончиков.