Мой мир уже никогда не будет прежним. Ожили все услышанные когда-либо страшилки о демонах и нечисти. Они существуют!!! И это рвало мое видение реальности в клочья.
– А-а-а! – раздался пронзительный, полный боли крик Алены. И оборвался.
Это и привело меня в чувство. Беспокойство за подругу пересилило ужас, и онемение прошло. Я обрела способность двигаться, забыв о собственной слабости.
– Алена!!!
Бросилась вслед за ней, выбегая из комнаты, и сама едва не стала жертвой трагической случайности. Свернула не туда и едва не упала в шахту лифта. В последний момент ухватилась за край стены, удержавшись чудом.
Но я едва не свалилась, когда в ярком свете фонарика внизу разглядела Алену, которую, словно бабочку, пронзили торчащие штыри.
Она еще подергивалась и хрипела, и только потому я не свалилась прямо там в обморок. Для моей психики это уже был перебор, но подруге требовалась срочная помощь!
Я судорожно зашарила по карманам. Черт, она же отобрала у меня телефон. Я даже в «скорую» позвонить не могу! Вспомнив, что у Алены была маленькая сумочка, куда она положила ключи, я понадеялась, что и телефон она сунуть не забыла. Сумку она вроде сняла с себя и положила рядом с пакетами…
– Я сейчас… сейчас…
Не помня себя, кинулась обратно.
Избегая смотреть в сторону пентаграммы, сразу свернула в угол, где лежали пакеты, шаря и перетряхивая их.
– Где же… где…
Нашла! Но, расстегнув замок сумочки, я застонала от отчаяния, отыскав внутри лишь ключи. Боже, что же делать?! Бежать на улицу и искать хоть кого-то, чтобы вызвать помощь? Да она за это время умрет, если вообще еще жива! От беспомощности и растерянности у меня полились слезы.
– Выпусти меня, и я не дам ей умереть.
Я вздрогнула, в первый момент решив, что у меня слуховые галлюцинации. Голос мужской, бархатистый, приятный. Но откуда здесь взяться мужчине?! Если только со мной говорит это…
Как во сне, я медленно повернула голову, заставив себя посмотреть на того, кого мы вызвали. И опять вздрогнула.
Чудовища не было. Вместо него в пентаграмме стоял красивый мужчина с поразительно светлыми волосами, словно покрытыми снегом. Длинные белые пряди спускались ниже груди, прикрывая черный с серебряной вышивкой камзол.
От удивления я шлепнулась на задницу, прямо на пыльный пол. Вот только пусть он и выглядел словно человек, веяло от него чем-то… иномирным.
– Она умирает. Я чувствую это. Поторопись, или моя помощь запоздает, – настойчиво произнес мужчина. Но потом взгляд темных глаз стал острым, и он уточнил: – Или она жертва?
– Ч-что?!
От такого предположения я просто взвилась с места. Вытирая слезы, подошла к пентаграмме. У меня не было времени разбираться, куда подевалось чудовище и откуда появился этот красавец. Плевать, кем бы он ни был, только бы помог!
– Что мне сделать? – спросила решительно.
– Сотри контур хотя бы в одном месте.
– Вы не можете выйти?
– Я могу его взломать, но моя сила оставит след… – начал он объяснять, но сам себя оборвал: – Не трать время! Ты хочешь спасти свою товарку, ведьма?
– Я не ведьма! – огрызнулась я и ногой стерла так тщательно выведенные руны.
Глава 5
Не знаю, насколько правдивы слова о том, что он способен и сам выйти. Это мог быть и просто блеф, демонам веры нет. Понимала ли я, что выпускаю его в этот мир на свой страх и риск? Да. Возможно, следовало оговорить условия, поставить ограничения, потребовать каких-то клятв, но торговаться не было времени. Алена умирала, и я знала, что в этом он не врет. Если я хочу ее спасти, нужно принимать решение быстро.
Стоило мне нарушить линии рисунка, как он метнулся мимо, двигаясь с невероятной скоростью. Смазанным пятном пронесся в сторону выхода, и я бросилась за ним следом. Но когда добежала до шахты лифта, тут же отшатнулась, едва не врезавшись в выпрыгнувшего из нее мужчину.
– Все, ведьма.
– Что все? Что с Аленой?! – нервно воскликнула я, пытаясь заглянуть через его плечо.
– В стазисе.
– Чего?! Какой стазис! Ты обещал ее спасти!!! – Я едва не набросилась на него с кулаками, но он внезапно схватил меня за горло, заставив привстать на цыпочки.
– Я обещал не дать ей умереть, – процедил мне в лицо. – Но вот насчет тебя я ничего не обещал.
Он замолчал, давая мне оценить угрозу. Шею держал крепко, но дышать я могла. Только не обольщалась. Ему хватит сил при желании с легкостью ее свернуть. Я бросила фонарик и схватилась за его руку. Она по твердости была словно высечена из гранита. Держал меня без всяких усилий, как пушинку. Но если я еще жива…