Продолжаю тонуть в изумрудах. В них, черт побери, столько узоров! Целые галактики и млечные пути.
Нет-нет, это не реальность. Меня кроет психотропным препаратом. Это побочка от антибиотиков, точно. Не бывает у людей таких сказочных глаз.
— Жуй, — силой воли разжимаю кулак. Прочесываю пальцами шелковые пряди до самих кончиков. Я хочу ими подышать, но разворачиваю непослушную тушу и скрываюсь за стенами ванной.
С грохотом захлопываю дверь. Тру ладонями лицо, зарываюсь пальцами в волосы. Сука!
Это всего лишь результат стресса, не более того. Не более того!
Она всего лишь чек. Она всего лишь рычаг. Никому ненужная вещь…
Нет-нет. Решено. Ну его на хер эти гребаные галлюцинации. Я больше никогда не посмотрю девчонке в глаза, в эти чертовы проклятые изумруды.
11
Ярослава
Влас вылетает из кухни и последовав его примеру, я вылетаю следующей. Несусь прямиком в спальню. Захлопываю дверь и на эмоциях, трясущимися руками, хватаю стул и подпираю спинкой дверную ручку. Не знаю что в тот момент движет мной, но я не хочу чтобы его грубые пальцы вновь прикасались ко мне…
Трясутся не только мои руки, но и я вся. В данную секунду я не могу понять что меня беспокоит сильнее: отец, который продал меня как шлюху, лишь бы его собственная шкура была в целости и сохранности или же этот Влас с повадками настоящего психа.
Когда он оказался рядом — сердце пропустило удар. Он говорил, что страшнее Марата, так вот я почти уверенна, что он здесь был самый адекватный. Был… Просто мне нужно было немного времени, чтобы убедиться в обратном. Никакой он не адекватный. Отбитый человек! Бандит!
Падаю на кровать и зарывшись лицом в подушку, начинаю истошно орать.
Слезы текут рекой, а в горле стоит ком. Мне нужно собраться и придумать план, как отсюда выбраться, но сейчас я просто не могу остановить этот истерический плач.
Мое состояние на грани панической атаки и если я сейчас не возьму себя в руки, то умру здесь медленно и мучительно. Некому нет до меня дела. Я одна в этом убогом мире.
Глубоко вздыхаю, стараясь успокоить биение сердца. Плач, кажется, помогает освободиться от части боли и страха.
С трудом собираюсь с мыслями, вспоминая каждую мелочь, которая могла бы мне помочь выбраться из этого кошмара. Вдруг, вспоминаю о том, что до прихода Власа я рассматривала окно, которое с первого взгляда показалось самым обычным окном без дополнительных защитный механизмов. И открывается оно с помощью легкого поворота ручки.
Бросаю затравленный взгляд на дверь и приподнимаюсь на локтях. Прислушиваюсь. Тихо. Встаю с кровати, стирая последние слезы. Нет времени на слабость. Нужно действовать. С новой надеждой и решимостью в сердце, я начинаю строить свой план побега.
Для начала нужно снять с себя эту порванную тряпку. Бесшумно проведя ревизию по ящикам комода у стены, я нахожу темно синюю футболку.
Мужская. Пахнет мятой. Думаю Влас не будет против... Меняю футболку и сверху надеваю джинсовую куртку. Не знаю сколько времени проведу в этом чертовом лесу, вдруг станет холодно… Но лучше там, чем здесь. Подхожу у окну.
Бережно открываю его и оглядываю двор, в поисках посторонних людей или камер безопасности. Всё чисто. Сердце бьется так, что я ощущаю его вибрацию в каждой клеточке тела.
Прислушиваюсь к звукам вокруг, стараясь вычислить, насколько безопасно сейчас попытаться сбежать. Но вокруг тишина, мертвая, застывшая. Только где-то очень далеко слышится пение птиц. Приняв это за хороший знак, я решаюсь на побег.
Проверив, что дверь до сих пор закрыта, я делаю отчаянный шаг. Быстро и бесшумно забираюсь на подоконник и высовываю ногу наружу.
Воздух на улице кажется невероятно свежим после душного помещения. Я спрыгиваю, приземляюсь на землю и начинаю бежать, не оборачиваясь.
Каждый удар сердца — это страх, но и надежда на свободу. Я бегу, проклиная свою судьбу, но в то же время благодарю ее за этот шанс. Я бегу в неизвестность, но она кажется мне лучше, чем то, что я оставляю позади.
Забежав в лесную глушь я не останавливаюсь. Опасаюсь, что Влас обо всем догадавшись, уже идёт по пятам. Если он меня найдет — я окажусь в еще более худшем положении, чем была до этого.
Уверена, не найдя меня в комнате, он окончательно слетит с катушек. А ведь я ему помогла, считай жизнь спасла… Но сейчас не время рассуждать о благодарности. Надо бежать, бежать, пока есть силы. И молиться, чтобы он меня не нашел.