— Мы знали, что огни в небе появились неспроста! — кричали одни.
— Кочевники уже напали на дальние деревни, пусть бог защитит нас! — вторили другие.
— Она вернулась из Больших Хижин живой, значит и правда избранная? Что ты молчишь, жрец, подтверди! — требовали третьи.
Но вот вперед вышла матушка Итоти, повитуха, одна из старейших и уважаемых жительница племени, и взмахнула клюкой.
— Полно вам галдеть, — прикрикнула она на собравшихся и дальше уже обратилась к Тенок: — Дай мне этот черепок, деточка. Его нужно показать вождю. Ты и Коатл пойдете к нему со мной, и ты расскажешь все, что было наяву, и все, что явилось тебе в видениях. Если и впрямь бог-охотник хочет взять тебя супругой, мы все пойдем ему поклониться и принесем дары, и я проведу меж вами ритуал, потому что даже бог не может взять тебя в обход обычаев. Если же ты обманываешь или сама пребываешь в плену хитрого обмана… Вождь решит, что делать.
Тенок послушалась Итоти, и Коатл тоже не стал перечить, хотя и ворчал себе под нос, отправляясь к вождю. Вождя звали мудрый Яотл, и народ не зря дал ему такое прозвание, ибо слыл тот самым справедливым и рассудительным правителем за много поколений.
Яотл не без удивления рассмотрел череп, выслушал речи Тенок и сомнения жреца, после чего сказал:
— То, что вижу я сейчас — кость, выделанная способом, не знакомым нашим лучшим охотникам, и вернувшаяся из города богов невредимой дева. Познания жреца велики, но коли он не может объяснить то и другое, то до´лжно ему отправиться и увидеть все самому. Я даю вам шестерых сильных воинов. Возьмите подношения — мясо и рыбу, ткани и вино — и идите туда, куда поведет дева. Если вы найдете там бога, почтите его и зовите остальное племя. Если же нет, съешьте и выпейте все сами, с сиротой же потом поступим в зависимости от ее умысла.
К вечеру малявка не вернулась, и Раскат невольно отметил, что даже немного скучает по ней. Хотя ее исчезновение было к лучшему — самец более не мог позволить себе отвлекаться и терять время. Наверное, мягкотелая ушла к своим. Что ее заставило позариться на чужой трофей, оставалось лишь гадать, но сын Зноя решил сильно не расстраиваться — в конце концов добыча и правда была так себе. Просто разминка. Он должен был отыскать лучше.
На закате охотник облачился в доспехи и покинул пирамиду. Однако спуститься к подножию не успел, так как замер на полпути. То, что он узрел с высоты, повергло самца в полнейшее недоумение. Из леса выдвинулась процессия аборигенов, состоящая из особей мужского пола, вооруженных дубинками и копьями. Двое из них были нагружены какими-то тюками. Еще один шагал без оружия и налегке, но, судя по виду и манере движения, был то ли больным, то ли слишком дряхлым, чтобы поднимать тяжести или сражаться. А возглавляла данную делегацию… пропавшая, как Раскат думал, малявка!
Решив проверить, что за воины такие, сын Зноя снял маскировку и разложил перед собой копье. Но аборигены не приняли его вызов (или просто не поняли, что это был вызов?), а дружно пали ниц. И пока яутжа тщетно пытался сообразить, что происходит, старая знакомая, щебеча, резво взбежала по ступеням и встала подле него, с торжеством взирая на своих сородичей.
— Может, объяснишь? — строго рыкнул Раскат, под маской подозрительно сощурившись на мягкотелую. Та с готовностью объяснила, но понимания это, как обычно, не добавило.
Самец рассеянно почесал загривок и снова поглядел на аборигенов, которые до сих по не решались поднять голов.
— А зачем ты их привела, если они сражаться не хотят?
Самочка дружелюбно оскалилась и затараторила пуще прежнего. Затем повернулась к остальным и принялась что-то им кричать.
— Дальше, может, без меня? — с надеждой спросил сын Зноя, начиная подозревать кое-что неудобное.
Самочка преданно вытаращилась и, не отводя от маски воина взгляда, начала на ощупь распутывать какой-то сверток из тряпья.
— Вот спасибо… — только и смог выдавить охотник, когда малявка протянула ему недавно украденный трофей. Всеобщий восторг, последовавший след за тем, как череп перекочевал из тонких пальчиков местной жительницы в когти яутжа, привел Раската в окончательное замешательство. Но странности на этом не закончились.
Старый мягкотелый сделал носильщикам знак, и те развернули тюки. Насколько мог видеть и чуять с такого расстояния самец, внутри оказалось мясо…