Старуха позвала на помощь трех замужних женщин, и они вместе омыли тело невесты настоем душистого корня, расчесали волосы и смазали их жиром, чтобы лучше блестели на солнце. На шею девушки надели ожерелье из цветных ракушек, а на плечи накинули белую ткань, подпоясав сплетенным из золотистых стеблей шнуром. Лицо, кисти рук и стопы невесты покрыли традиционными символами благосостояния и плодородия, нарисовав их при помощи глины и красного сока священного фрукта.
Когда все был готово, Итоти выпроводила кумушек из хижины и, усадив Тенок напротив себя, стала ее наставлять.
— Слушай и запоминай, маленькая, — проникновенно говорила старуха. — Сегодня ночью ты станешь женой своему богу. После того, как закончится обряд, вы пойдете в святилище и ляжете вместе. Будь послушной и покорной. Тебе может показаться, что твой муж груб с тобой, но тебе следует терпеть все, что он сделает. Ты увидишь его пест. Не бойся, не кричи и не закрывай лица. Возьми его пест в руки и приласкай, покуда он не станет большим и твердым. Когда муж разорвет на тебе твой пояс, ляг на спину, согни ноги и широко раздвинь их. Он пронзит тебя своим пестом. В первый раз будет больно и потечет кровь, но ты должна вытерпеть. Наутро будь со своим мужем ласкова. И знай, что впредь это будет происходить часто. Ты привыкнешь, потом тебе даже начнет нравиться, если станешь правильно себя вести.
Затем повитуха поделилась с раскрасневшейся от волнения и смущения девушкой другими хитростями, которые могли пригодиться в семейной жизни, а напоследок предупредила:
— Помни, Хамаш — бог, а значит, сильнее любого из земных мужчин. Все может произойти не совсем так, как я сказала тебе. То, что ты согласилась стать его супругой, большая честь, но и большой риск.
— Мудрая Итоти, а разве был у меня выбор? — на миг утратив прежнюю уверенность, тихо спросила Тенок.
На этот вопрос старуха не ответила. Она только улыбнулась и потрепала молодую невесту по щеке.
Раскат возвращался с охоты в приподнятом расположении духа. Он повстречал матерого длиннохвостого хищника со шкурой темнее ночи и одолел зверя голыми руками. Затем самец закрыл раны от его когтей, зачистил череп, а также длинный, гибкий точно плеть позвоночник, и, привязав новые трофеи у пояса, подложил выслеживать дичь — на этот раз уже с иной целью. Вскоре удалось подстрелить небольшое копытное животное. Сын Зноя как следует подкрепился его мясом, потом отыскал небольшой горный ручей и утолил жажду. Вода оказалась ледяной, несмотря на жаркий полдень, даже жвала заныли. Тогда охотник взобрался на дерево и подвесил добытые череп и шкуры в тени, а сам улегся на крепкой верхней ветке, отключив термосеть и подставив спину горячим солнечным лучам.
Несколько часов самец дремал, вбирая всем телом животворящее тепло и ощущая, как тяжесть съеденного постепенно перетекает в приятную сытость, коей должно было хватить на ближайшие трое суток. Когда же солнце приобрело алый оттенок и стало клониться к горизонту, Раскат встал, размялся и двинулся в обратный путь, чтобы в спокойной обстановке отполировать череп и хребет черной твари. Конечно, в пирамиде его наверняка встретила бы мягкотелая «домохозяйка», но сын Зноя уже научил ее понимать, когда не стоит мешаться, так что большой беды в ее присутствии самец не видел. А вот о ее сородичах Раскат за день легкомысленно позволил себе забыть. И очень, как выяснилось, зря.
До своего убежища воин добрался еще засветло и ни одного из аборигенов в районе пирамид не обнаружил, включая и «свою» самочку. Значит, вернулись в свое поселение, решив, что бог ушел на небо, с облегчением подумал Раскат. Но стоило ему разложить реактивы и инструменты, как странные звуки, донесшиеся снаружи, заставили оставить покрытый очищающим составом череп и отправиться разведать обстановку. Это стало главной ошибкой самца. Надо было сидеть и не высовываться, пока все не уйдут…
Увидев с высоты массово стекающихся к подножью пирамиды ликующих местных жителей, наряженных в уборы из ярких перьев, листьев и цветов, Раскат очень быстро сложил один плюс один и сделал вывод, что все это — в его честь. Но ретироваться уже было поздно, даже под скрытием: его определенно заметили.
Вчерашний старик ковылял впереди, возглавляя процессию вместе с хорошо знакомой сыну Зноя женской особью и рослым, разодетым в особо вычурном стиле самцом — похоже, это был предводитель данной группы. По самым скромным оценкам явившаяся на поклон к «божеству» группа насчитывала около сотни голов. Мягкотелые прихватили с собой даже мальков…