Почти неделю мастера трудились над знаками для членов племени, а Коатл все подгонял их. Но, несмотря на все старания, они не успели в срок. В один из дней Хамаш повелел, чтобы его оставили одного, а к вечеру собрался и ушел, не простившись ни с супругой, ни с вождем. Тенок сразу смекнула, что не все ладно. Уходя на охоту, Хамаш брал с собой лишь то, что ему требовалось для охоты, но в этот раз он взял все свое оружие и все добытые ранее черепа. Как будто не планировал возвращаться. Возможно, он разгневался на свой народ за недостаточное почтение? Или решил устроить проверку?
До самого утра Тенок промучилась догадками, а затем решила идти за мужем, покуда Коатл и остальные не начали задавать ей вопросы. Ведь на этот раз она даже приблизительно не знала, что им отвечать. Страх, что божественный супруг решил оставить ее, был так силен, что девушка отправилась в чащу, не задумываясь о том, какие там могут подстерегать опасности. Единственное, что волновало Тенок, — это сможет ли она догнать своего великана. Ведь он наверняка решил возвратиться на небо. Но чтобы приблизиться к солнцу, ему следовало подняться выше в горы. Это означало, что он должен был взобраться на священную вершину, за которой алый диск прячется каждый вечер. Если прийти туда на закате, можно просто запрыгнуть на солнце, как на лодку. Именно так, была уверена Тенок, и путешествуют боги.
Идти пришлось долго. Тенок старалась не останавливаться, но ей требовалось восстанавливать силы. С собой она взяла лепешки, но они быстро закончились. И снова начало хотеться есть. Ночь застала ее раньше, чем удалось добраться до вершины. Тогда Тенок начала искать укрытие и обнаружила расщелину, да только на свою беду в темноте не разобралась, насколько та глубока, и сорвалась вниз.
Дно расщелины устилала прелая листва, но под ней был твердый камень, и девушка, падая, ушибла ноги. Внутри было темно и страшно. Здесь могли прятаться змеи или какой-нибудь зверь, поэтому Тенок затаилась и прислушалась, но не услышала ни чужого дыхания, ни других подозрительных звуков. Тогда она встала и начала ощупывать стены в поисках выхода, но не нашла ни лаза, ни выступов, за которые можно было бы зацепиться и вылезти из ловушки. Тем временем ясный лунный лик поднялся высоко над горным лесом, и в расщелину проникло немного света. Стены каменного мешка оказались гладкими и шли под наклоном. Увидев это, Тенок расплакалась, так как поняла, что самой ей ни за что не выбраться, а родное племя слишком далеко, чтобы помочь.
Наплакавшись вдоволь, девушка свернулась калачиком на подушке из горько пахнущих листьев и в таком положении протряслась от холода, сырости и страха остаток ночи. А когда солнце встало, она поднялась и начала кричать что есть сил. Ведь на солнце мог ехать Хамаш, он услышал бы ее с высоты и обязательно спустился бы за своей женой.
Но прошло много времени, и солнце было уже высоко, а великан так и не пришел. Тенок сорвала голос и совсем потеряла надежду, когда наконец-то произошло долгожданное чудо. Божественный супруг сжалился и вызволил ее. А после на руках понес к дому. В его сильных объятиях Тенок ощущала себя абсолютно счастливой. И даже его сердитое ворчание не могло ее испугать. Девушка знала: теперь все будет хорошо.
Когда они вернулись в поселок, и Тенок, а также все члены племени украсили себя знаком бога, Хамаш громко возрадовался. Он остался настолько доволен, что больше не пытался уйти, а вечером впервые лично присоединился к празднованию в свою честь.
Вместе со своим божеством племя веселилось, танцевало, пело и жгло костры до небес, покуда ночная тьма не начала отступать. С рассветом Тенок проводила своего уставшего супруга на ложе и сняла с себя одежды, а после помогла богу-охотнику избавиться от его сияющего облачения. Тихо и блаженно урча в полудреме, Хамаш позволил освободить его плечи и омыть их отваром душистых трав, затем Тенок сняла твердые пластины с его рук и ног, стянула окутывающую тело прочную сеть и принялась разминать мускулистую спину, ощущая, как напряжение плавно покидает земную плоть бога. Когда Хамаш, жмурясь и мурлыча от удовольствия, растянулся на ложе, Тенок незаметно начала ласкать его грудь и живот, прикасаясь ладонями и губами, как наставляла матушка Итоти. Руки девушки спускались все ниже и ниже, пока не добрались до пояса нижнего одеяния. И в этот раз молодая супруга не встретила сопротивления. Пользуясь благосклонностью мужа, она освободила его бедра от грубой ткани и приготовилась узреть тот самый загадочный пронзающий пест, но, похоже, Итоти в чем-то ошиблась. Между ног божества располагалось лишь небольшое углубление, не похожее ни на мужской, ни на женский низ. Тенок осторожно погладила там, но пест не появился. Возможно, боги могли являть его по собственному желанию?