— Я знаю только то, что это запрещённая тема, больше ничего, — поспешил заверить он. — И я бы предпочёл не говорить о том, о чём не нужно.
— Мне нужно знать всё, что ты знаешь, — сказала Николь и быстро открыла книгу, которую парень читал перед этим. — Иначе мне придётся рассказать принцам о том, что ты читаешь вовсе не любовный роман.
Он сглотнул и сел за стол рядом с ними.
— Это какая-то проверка, да? — сказал он, стараясь избегать взгляда собеседников. Он говорил быстро, а его нога нервно дрожала. — Если я скажу что-то не так, меня сразу на кол и в печь. С чего бы дочери принцев интересоваться подобным у простого демона?
— Я, может, и потеряла память, но у меня всё ещё есть глаза и уши повсюду, — Николь придвинулась ближе. По сравнению с ним её слова звучали медленно и уверенно. — Я прекрасно знаю о твоей помешанности на этой теме. И если бы моей целью было раскрывать и сажать тех, кто делает что-то запрещённое, то, поверь, тебя бы уже давно не было. То, почему я интересуюсь у тебя подобным, не должно тебя волновать. Я лишь хочу заключить договор: ты — нам информацию, а мы — тебе спокойствие за твою жизнь.
— Если это так... — парень наконец посмотрел на собеседников. — То у меня, так или иначе, нет выбора. Что именно вас интересует?
Внезапно страх в его взгляде сменился на сильный интерес.
— Ты знаешь этот язык? — спросил Феликс спокойнее. — Может быть, встречал книги или учебники по нему?
— Если бы я только мог... — расстроенно сказал он. — Я прочитал много литературы, у меня уже столько информации, но я так и не нашёл никаких упоминаний об учебниках или учителях. Вы даже не представляете, на какие риски мне приходилось идти, чтобы узнать хотя бы одно слово.
— Может быть, ты что-то знаешь о библиотеках? — продолжил расспрашивать Феликс.
Парень осмотрелся вокруг — рядом не было никого. Только лёгкое напряжение из-за страха быть раскрытыми витало вокруг собеседников, а также лёгкий скрип полок под грузом книг. Он придвинулся ближе, чуть ли не лицом к лицу — Николь даже слегка отодвинула голову.
— Как-то раз я познакомился с одним мужчиной. Он рассказал, что когда-то была библиотека только на этом языке. Его предки работали там, когда язык ещё был всеадским. Говорил, что библиотека охранялась даже тогда — там была важная литература, которую было запрещено читать даже работникам.
Парень стучал пальцами по столу и глубоко дышал, словно был возбужден от самого упоминания этой темы. Друзья переглянулись, словно говоря взглядами, что этот парень какой-то странный, и хотелось поскорее закончить разговор.
— Но как только начался полный запрет языка, её якобы снесли. Однако этот мужчина был уверен, что она точно ещё существует — просто где-то в другом месте. Он собирался найти её и пропал. О нём больше никто не слышал, а родители избегали разговоров о нём и даже говорили, что никогда не было у них такого сына, — парень активно жестикулировал, демонстрируя, насколько мистической считал эту историю. — Не будь я таким трусом, пошёл бы с ним и, возможно, тоже пропал бы, как и он. Я уверен — в этом месте должен быть какой-нибудь словарь. Попади я туда, искал бы его в первую очередь.
Николь тут же поняла, что им следует делать, и, посмотрев на друга, поняла, что он думает то же самое.
— Спасибо, — поблагодарила Николь. — И да, никому и никогда не говори о том, что мы были здесь. А разговор и вовсе должен быть забыт, иначе мне придётся рассказать обо всём принцам. Помни: у меня везде есть глаза и уши.
Она поднесла палец к губам, показывая жестом, чтобы он молчал. Парень кивнул, и друзья поспешили уйти.
— Он такой стремный... — Николь присела на скамью в парке. Всю дорогу до него они решили ничего не обсуждать, чтобы избежать лишних ушей.
— В какой-то момент мне казалось, что он сейчас раздеваться начнёт, — пошутил Феликс.
— Да это пиздец. Но всё же он дал нам идею, не так ли?
— И нам стоит обсудить это где-то, но точно не тут, — парень подставил палец к губам Николь, зная, что она собирается сказать. — И не у тебя точно. Не хватало ещё, чтобы твои родители что-то узнали. Я, конечно, готов умереть из-за интереса, но не так глупо. Пойдём ко мне. Мои родители точно не будут против, если ты придёшь — они уже знают, что мы с тобой общаемся.
Николь согласилась и последовала за Феликсом.
— Когда ты общался с моими родителями, ты упомянул, что твои родители работают в баре. Это ведь поэтому ты тогда повёл меня туда?
— Да, именно. И бармен, с которым я здоровался, — мой отец.
— Почему ты мне не говорил об этом?! — довольно громко сказала Николь. Прохожие стали оборачиваться, что немного смутило её, и она затихла.